Попаданка в академии драконов 2

— Я просто жила в стране, где нет императоров и драконов.

— Это чувствуется.

За окном снова что-то вспыхивает. Ещё немного поковыряв пирожное, задумчиво интересуюсь:"

"— Как думаешь, что за проблемы явились к Элоранарру? Родственницы?

Краснея, Ника опускает взгляд на остаток своего пирожного:

— Я слышала, что у старшего принца три любовницы, от которых он никак не может избавиться. Наверное, это они.

— Сразу три? — восклицаю я так громко, что Пушинка награждает меня укоризненными взглядами и:

— Пиум!

— Ну, если у дракона правящего рода нет избранной, жениться он в принципе не обязан, и законодательного ограничения в одну любовницу на текущее время, как у женатого на избранной, у него нет, так что…

— Но три. Три!

Ника разводит руками:

— По закону дракон может снять с себя обязанность содержать и защищать любовницу, только передавая её мужу, а они отказываются выходить замуж. Два года назад скандалище был страшный, когда старший принц фактически силой притащил одну из них к алтарю, а та отказалась выходить за среднего сына лорда южных земель. Старший принц тогда снёс храм торжеств, но… это не помогло.

А девушки молодцы, покоя этому драконищу наглому не дают, так его! А то удумал гарем себе завести. Пусть теперь крутится, как уж на сковородке.

— Но почему они не выходят замуж? — Воинственно втыкаю ложечку в пирожное. — Разве им нравится их положение?

— Они роскошно живут, придворные вынуждены с ними считаться. И, говорят, девушки на очень крупные суммы поспорили, кто первая дожмёт старшего принца до брака. Драконицы они такие, лихие.

Похоже, Элоранарр выбрал спутниц себе под стать. Пусть ему теперь жизнь мёдом не кажется, а то ишь, глаза завидущие, на стольких сразу позарился.

Плохой он пример для Арендара, очень плохой. И точно не союзник в продвижении идеи супружеской верности.

Когда возвращаюсь из ванной, чтобы наконец улечься в постель, Пушинка уже сидит на подушке. Сейчас она больше похожа на маленькую, но очень пушистую, обезьянку, чем на меховой комочек. И она что-то перекатывает, крутит в лапках. Что-то золотое.

Осознание, что это пуговица с портретом Арендара, прошибает меня, как разряд тока. Во рту сразу пересыхает, сердце начинает бешено стучать.

— Отдай, — прошу каким-то не своим голосом.

Пушинка поднимает на меня задумчивый взгляд. Золотистый образ Арендара вспыхивает рядом с ней. Волна эмоций накрывает так, что стынет сердце, я отшатываюсь, как от физического удара, и отворачиваюсь.

Я злюсь на Арендара, очень злюсь, и боюсь, но и скучаю тоже.

— Отдай, — резче повторяю я.

Но когда подбираюсь к Пушинке, пуговицы в её лапках нет. Малышка смотрит на меня огромными, невинными глазами.

— Отдашь?

— Пиум. — Она забирается под одеяло, оставив снаружи кончик хвоста.