Попаданка с улицы Грёз

— Значит, я не ошибся в выборе блюда, — не дрогнув лицом отвечает полуэльф.

Один-один. Несмотря на всю неприязнь к миллиардеру ловлю себя на невольном восхищении. Аншлер умеет держать удар.

И сам выбор именно блюда не случаен. Это шаг навстречу в попытке примирения и одновременно обозначение, что все идет по изначальному плану миллиардера. Любые мои взбрыки для Аншлера ничего не значат. 

Наверное, это должно деморализовывать, но я слишком голодна. С энтузиазмом запускаю ложку в похлебку. Она действительно хороша — густая, мясная с острым запахом чеснока. Чем-то похожа на традиционный венгерский гуляш. 

На несколько блаженных минут в комнате воцаряется молчание.

— Ты не ответил на мой вопрос. Зачем тебе это?

— Ты про ту чушь, что тебе якобы нужна моя любовь?

— Это не чушь, — мягко отвечает Аншлер. — Мне нужна твоя любовь. Ты даже не представляешь, как сильно она мне нужна!

Что-то звериное, бесконечно тоскливое звучит дальним эхом в его голове, и я осознаю, что миллиардер не шутит и не врет.

— Зачем? Ты с кем-то поспорил? 

Он возмущенно фыркает.

— Не оскорбляй меня! 

— Тогда зачем? Ты ведешь себя, как одержимый придурок. Но при этом я готова поклясться, что на мои прелести тебе плевать.

— Эх, Даяна-Даяна, ты себя недооцениваешь. Неужели считаешь, что в тебя невозможно влюбиться? 

— Возможно… — вспоминаю Роя и против воли на губы наползает мечтательная улыбка. 

Лицо полуэльфа каменеет.

— Забудь о нем! Он тебя бросил. Ты для него — грязная диббучка! 

Проклятье, надо что-то делать с мимикой. Нельзя, чтобы враг читал меня, как раскрытую книгу. 

— Вовсе нет, — возражаю я, только чтобы позлить его. — Он объявил о нашей помолвке. 

— Дура, это был я! Надеялся, что ты поверишь и сама вернешься обратно. 

Как ушат холодной воды на голову. Стискиваю зубы, пытаясь не показать, как мне больно, но, видимо, не особо успешно, потому что на лице Аншлера снова вспыхивает раздражающе снисходительная улыбка.

— У тебя нет друзей в этом мире, диббучка. Кроме меня… 

Глава 43. Как в страшной сказке

Здесь ничего не происходит.

После бешеного ритма последних месяцев кажется, что время застыло и не движется. Из комнаты меня не выпускают, а сидеть в ней еще скучнее, чем в тюрьме. 

Здесь есть кровать, диван и шкаф, в котором висит парочка сменных платьев. За дверью ванная. Стены обиты чем-то мягким и блокирующим магию, так что упражняться, вспоминая уроки мессера, бесполезно. Да и сломанная рука здорово мешает.

Но я все равно упражняюсь. Как пианист, который играет на невидимых клавишах, чтобы не утратить навыка. 

Кроме того, здесь все равно нечем заняться. А без дела я рискую сойти с ума от скуки.

Трижды в день появляются молчаливые громилы с сервировочной тележкой.