Княжна попаданка. Последняя из рода

Но глупость и жестокость Анаис не знает предела, всё разрушила, баба деревенская, а туда же, что было и то промотала.

— Я согласна, но при одном условии: мне нужен пансион и отдельное от матери размещение, не хочу её видеть!

— О, моя дорогая, это я вам устрою!

Глава 27. Как примирить две правды?

Я жую пирог, надо сказать очень вкусный, и не пирог, а классическая кулебяка, капуста, слегка обжаренная в сале, да яичко варёное, протёртое, лучок зелёный. Тесто пышное, мягкое… И всё это под хрустящей корочкой, однако такой нежной и промасляной. М-м-м! Только ради этого пирога готова терпеть все тяготы этого странного, пугающего мира.

Но и кулебяка не предел вкусового экстаза.

Сбитень! Вкуснее никогда не пила, насыщенный вкус трав, ягод, хвойный аромат и мёд.

Князь Дмитрий успел о чём-то переговорить с молодым Ярополком. Признаться, не поняла, какая у них субординация, показалось, что старший по возрасту – младший по званию?"

"Но вдаваться в эти подробности не хочу, сам расскажет, если посчитает нужным. Я действительно сейчас в такой ситуации, что мне не о живых беспокоиться надо, а о нечисти, всё равно ничего не понимаю в этом мире, или времени. Попыталась вспомнить, или увидеть прошлое Ксении и всё одно: работа, голод, побои, никакой радости, или простого человеческого общения не увидела. За это готова была Раде не просто высказать всё, а и побить её, подлую нахалку. Её и матушку Анаис, кажется, мерзкая дрянь. Побью, а потом ещё и штраф платить за увечья? Нет уж! Мой удел – нечисть, мертвяки и прочие сущи пакостные, с ними оказалось проще.

Вот и мой дружок сидит на краю стола и что удивительно, жуёт пирог, какой я ему отломила и подала.

Не успела Феню предупредить о работе в ночную смену, как на пороге моей комнаты появился князь. И вид у него совсем недобрый.

Обиделся, что в баню так и не дали сходить?

— Пирог? — пытаюсь проявить вежливость и двигаю керамическую тарелку на центр стола.

Дмитрий кашлянул для порядка, шубу оставил внизу, Нюра прибежала со второй огромной кружкой, протиснулась мимо исполинской фигуры князя, поставила на стол горячий напиток и сбежала.

— Можно и пирог! — придвинул лавочку и уселся, как дома. Но он дома и есть. Выбрал самый большой кусок и откусил.

— Вкусные! И сбитень вкусный! Так что вас привело в мою скромную обитель, вроде ж в баню собирался. Там Банник заждался!

Князь перестал жевать, долго посмотрел на меня, качнул головой, словно вспомнив, что я всех невидимых вижу.

— Значит, Банник. Он тебе мыться помог? Охальник!

— Не ревнуйте! Это его работа. Хорошо моет, но парить отказался, у меня пока сил нет, так что вас привело? — жую свой пирог, вижу, что Феня справился, отламываю и протягиваю ему ещё один кусочек, тот не отказался. И всё это под слегка удивлённый взгляд хозяина.