Княжна попаданка. Последняя из рода

Ксению вы убили! Она упала в карете, тощая, голодная, забитая, и не смогла выбраться из ледяной воды. Потому что вы безжалостные тв… сначала довели её до такого состояния. А после продали какому-то уроду моральному, который на ней, как на скотине печать поставил! Её смерть была мучительной, но она прощена и теперь на небесах, в объятиях своих отца и матушки. Всё ещё хочешь узнать, кто я на самом деле? Хорошо, скажу! Я тайный дознаватель из Магической управы! Охочусь за нечистью! Катерина Матвеевна, советую запомнить и убраться с моих глаз, пока я не разозлилась. Простите великий князь, к вам это не относится ни в коей мере. И наказывать живых не имею права, сами решайте, как быть с убийцами княжны Ксении.

Боже, я, кажется, перестаралась, наехав на эту фифу. Сама не заметила, как надвинулась на неё с огромной шубой на плечах, практически вплотную встала, как бойцы на ринге перед спаррингом. Ощущаю, что моё тело ненавидит эту девку и всё, что с ней связано. Как картинки ужасного кино вспыхивали в сознании отрывки из жизни несчастной Ксении. И я никогда не церемонюсь с подлецами. Вот и выдала всё, что думала…

Радмила вытянулась, огромные глаза открылись ещё шире, и из них ручьями полились слёзы. Она плачет не от жалости к погибшей Ксении, нет она рыдает от панического страха перед правдой, которую я прорычала ей в лицо и её услышали два самых значимых мужчины в клане.

Семейство Аксёновых уничтожено с этой минуты и навсегда. И сделала это я, в память о погибшей девушке.

Разворачиваюсь, отдаю шубу ошалевшему от моего натиска Дмитрию Васильевичу и молча ухожу в дом, пора собирать Феню на дело, это теперь моя личная проблема, ведь если преступник кольца не найдёт в гробу, то придёт по мою душу, вот о чём надо сейчас беспокоиться.

Как там себя чувствует сейчас Ярополк, меня тоже не волнует. В сознании всплыли его слова о несчастной Ксении, что она чучело! Ну вот, пусть теперь кусает локти!

А мне по их милости пить остывший чай. Но оказалось, что Нюра на крыльце всё это время стояла, а как увидела, что я иду в дом, поклонилась и прошептала:

— Госпожа, чай сейчас подам! Горяченький, замёрзли небось, после бани-то на улице.

— Да, чаю бы очень хорошо!

Урчание в животе напомнило, что я ела только ранним утром, и то пару яиц, гостинец от злобного монстра! Быстро заходим в дом, тут тепло, слышу бытовой разговор в большой комнате за столом, но пока нет сил со всеми знакомиться, быстрее к себе поднимаюсь и прижимаюсь к печной стене, чтобы согреться, снова замёрзла. А болеть мне нельзя!

— Госпожа, вот ваш ужин! Мешать не буду, если что-то надо крикните меня внизу, я помогу.

— Спасибо большое! Конечно, крикну, чуть позже за посудой зайди, пожалуйста.