Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов

– Вы же мне только демонов предлагали.

Закашливается Харсан, остальные парни плотнее скучиваются за нами.

– Кого угодно можно выбирать, – нарочито любезно сообщает Санаду.

– Вы бы осторожнее с предложениями, – предупреждаю я. – А то и на вас кто-нибудь позарится. Когда-нибудь. А я нет, не жениха выбираю, – снова поглаживаю Харсана по макушке, тереблю неожиданно мягкие уши. – Просто общаюсь, наконец, с приятными местными жителями.

Спутник Санаду бегает взглядом от него ко мне и обратно, и губа вампира дёргается. У Санаду дёргается только бровь – демонстративно презрительно.

Он проходит мимо нас (оборотни при этом синхронно смещаются, чтобы мы с несчастным Харсаном их прикрывали).

Отойдя шагов на пять, спутник Санаду оглядывается, чтобы опять на меня странно посмотреть, а на десятом шаге продолжает недовольно:"

"– Мой господин, вы должны вернуться в кантон…

– У меня нет времени, – отмахивается Санаду, ускоряя шаг.

Ответ его слуги тонет в слаженном выдохе оборотней.

– Пронесло! – выдыхает мишка, превратившийся в человека, чтобы занимать меньше места в укрытии, хотя этот бугай за два метра ростом и «меньше» понятия несовместимые.

– Удивительно даже, – соглашается волкооборотень, согласившийся с тем, что нам с ним взаимный интим противопоказан. – Никого не тронул…

– А что, любит трогать? – тереблю уши Харсана. Не хочется слезать, от слова совсем. – Прямо всех?

– Даже королей и императора не боится… говорят, – с придыханием сообщает обратившийся в человека медведеоборотень, всё ещё не решаясь высовываться.

– Да Санаду у нас, оказывается, тот ещё шалун! – хмыкаю я.

И в ответ получаю дружное:

– Тс-с-с!

Парни с ужасом косятся на охрану, Харсан проседает и так оглядывается по сторонам, словно прикидывает, куда бежать.

Что-то нервные они все, пора слезать.

Слезть нормально не успеваю: Харсан стремительно лысеет и превращается в парня, но остаётся на четвереньках. Так что сцена моего сидения на его спине приобретает новые оттенки смысла. Бедным охранникам трудно сохранить постные лица, но они стараются. Очень.

Харсан наклоняется, и мои стопы упираются в землю, тогда он бочком протискивается между ног и вскакивает.

– Приятно было познакомиться, но нам пора! – так же бочком-бочком Харсан отступает со своими приятелями. – Всего хорошего!

– Мне тоже было приятно, – машу им рукой, а оборотни припускают к углу здания.

За которым благополучно скрываются с удивительной резвостью.

Оглядываюсь: в отдалении стоит Санаду, слуга ему что-то объясняет, трясёт чёрной бумажкой, а скрестивший руки на груди Санаду косится в мою сторону. Ну и ему тоже машу рукой, а то с ним не попрощалась, как-то невежливо вышло.

И со спокойной совестью поднимаюсь на крыльцо-портик. Охранники следят за каждым моим движением.