Попаданка на 30 дней

— Он не выстоял в схватке с эйфинами, приняв основной удар на себя, — продолжил парень. — Его тело поглотил один из эйфинов, скорее всего оно уже растворено в кислоте, поэтому единственные проводы, которые мы можем сделать его и его душе, это молитвы. Сегодня мы будем поднимать бокалы и молиться за загробный покой не только Джарума Великого, но и за Великого амита. Моего отца.

Все молчали, Падма всхлипнула и тут же зажала нос. Я была не настолько ранима, чтобы показывать свои эмоции так явно, но при этом прониклась ужасом, охватившим весь зал.

Мужчины вышли, видимо, чтобы сменить одежды. Зал еще некоторое время был погружен в молчание, а затем прокатилась волна шепота. Все выражали ужас, страх, смятение. Люди поднялись с пола и расселись по своим местам. Падма дрожащей рукой нашла бокал с соком и осушила его до дна. На мой скептический взгляд она ответила раздражением.

— Ты — чужачка! Не понимаешь, что такое потерять амита. Он контролировал и выслеживал кладки. Пока нет нового амита, пустыня будет опасна. Амитан закроет границы, торговые пути иссякнут на месяцы... не уверена точно, сколько это продлится, пока один из Великих не пройдет испытания и не станет новым амитом. Не получит силу Сердца.

Сердце, сердце, сердце. за последние дни мне это слово набило оскомину. Я ведь тоже своего рода “сердце”... только по факту рабыня. Красивая, ухоженная рабыня.

— Ты права, — согласилась я, — я чужачка. Ничего не знаю. Расскажи, пожалуйста, подробнее о сердце.

Девушка передернула плечами и будто смутилась.

— О нем дано знать только Великим и жителям цитадели.

— Цитадель — место, где будут проходить испытания?

— Это не только то, где будут проходить испытания. Это важное магическое звено в Амитане, там сосредоточение силы и само Сердце. Там мудрейшие из нас. Там хранятся знания всего мира.

Я не стала комментировать её слова, слишком уж они звучали заученно, ненатурально. Я тоже потянулась к кубку и выпила компот.

— Ты не задумывалась, куда исчезла Шадари? — спросила я неожиданно, обернувшись к Падме. Девушка вздрогнула.

— Нельзя говорить о подобном, — произнесла она. — Шадари предала наш род. Большего я не знаю.

— Род?

— Людской род, — подтвердила Падма.

Двери распахнулись: вернулись мужчины, уже облаченные в чистые одежды. Я бросила еще один заинтересованный взгляд на невесту Рейтана, но поняла, что та больше ничего мне не расскажет. Придется узнавать информацию из другого источника. Только какого?

Рейтан тоже, судя по всему, больше ничего мне не скажет.

Великие и наследники прошли к столу и разместились на тронах. Молчание затопило зал, после чего на ноги встал самый старший из повелителей. Он поднял кубок.

— Мы потеряли сильных воинов, могущественных нагов, представителей древнейших родов.