Попаданка. Двойной обмен

Уже две ночи подряд он просыпался, уткнувшись в её макушку и вдыхая аромат трав, дикого мёда и чего-то еще тонкого, вкусного и невероятно приятного.

Нет, она точно знатного происхождения. Её знания в разных областях, рассуждения о тёмных эльфах и о том, почему у них прекрасно развито обоняние и слух, её небрежно брошенное «занимаюсь исследованиями» – все это говорило о прекрасном образовании, которое просто не могла получить обычная селянка. И тут-то и начинались совсем необъяснимые вещи.

Ивэлас прекрасно знал, что девушек у людей не обучают наукам. Главная задача человечек – рожать и воспитывать детей, а не исследования проводить. Но Резаэлли явно обучали по-другому. Почему?"

"А еще этот рассказ о том, что подруги засняли на кристалл памяти её пьяное пение, а потом вместе смеялись.  У каких аристократов могут быть подруги, которые тратят дорогущие и редкие кристаллы памяти на запись смешного пения? Тратят не для того, чтобы шантажировать, а для того, чтобы вместе потом посмеяться?  Нет, это не может быть правдой. Тогда для чего она это рассказала?

Зачем она говорила, зачем помогала, что попросит за помощь?  Эти вопросы по-прежнему оставались без ответа. Если с её происхождением Ивэлас определился, то мотивов поступков по-прежнему не понимал.

После плотного обеда, дроу вышел из домика, спустился ниже по склону и присел в тени скального выступа. Тренироваться пока рано: нужно дождаться, когда раны заживут, но можно помедитировать. Ивэлас погрузился в состояние внутреннего созерцания, но и обстановку вокруг тоже отслеживал. Какие-то странные звуки привлекли его внимание. Дроу медленно открыл глаза и увидел зайца. Поскольку воин сидел без движения, косой его не заметил. Ивэлас осторожно достал нож и метнул его в ушастого.

«Неплохо поохотился! Теперь будет мясо на завтра. А то Реза сына мельника позовет. Этот мужик может догадаться, куда делись продукты. Распустит язык в деревне, а меня потом вычислят», – подумал дроу. Возвратившись в домик, Ивэлас, пользуясь отсутствием хозяйки, обыскал жилище сверху до низу, но ничего, что пролило бы свет на тайны загадочной травницы, не нашел. Впрочем, он и не особенно рассчитывал. Делать было совершенно нечего, поэтому не удивительно, что дроу сморил сон. Проснулся он, когда возвратилась Резаэлли.

– Не скучал тут без меня? – весело спросила человечка.

– Не обольщайся.

Девушка выкладывала из заплечного короба связки трав, когда заметила разделанную тушку.

– Вот это да! Ты зайца поймал?

– Нет, он сам прибежал в твою избушку и кинулся на мой нож.

– Дай угадаю: а потом сам себя освежевал, распотрошил и порезал на кусочки? – со смехом закончила травница.