Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов 2

Причём танец, судя по вихлянием бёдер, рассчитан на Санаду, но в эти моменты я, мысленно хихикая, на продолжающейся тренировке проявляю чудеса неловкости, так что ему приходится сосредотачивать внимание на мне, и серьёзность его лица очень портит выпирающий на щеке камень.

А потом, ближе к вечеру, когда мы садимся на берегу горячего источника и опускаем в него ноги, возвращается Марк Аврелий, и Мара, выслушивая отчёт об общении с королевой для корректировки программы втирания в доверие, словесно изничтожает его за очередную неудачу с поиском артефакта. Мой подросший бельчонок прячет мордочку в хвосте, прижимает ушки, а я систематически предлагаю Маре самой заняться королевой, раз такая умная. Порой и Санаду вставляет свои пару слов, вот только мне кажется, что Мара вообще любое его действие в свою сторону воспринимает как заигрывание и подтверждение крепости их любви, так что лучше, когда он молчит.

Ну а после разбора полётов к нам является Антоний – поболтать об Эёране и других мирах, и Мара берёт его в оборот. Оказывается, попав к Неспящим, она много путешествовала по другим мирам, так что её истории даже я слушаю с некоторой долей интереса."

"Затем прогулка по окружным лесам (ненавязчивая разведка пути к стационарному телепорту), сон, и новый день, начинающийся с тренировок.

Так время и идёт.

Сегодня мы в очередной раз сидим на краю горячего источника, болтаем ногами в тёплой воде и купаемся в перламутровых испарениях, придающих коже волшебный блеск.

– Тупая твоя белка, – Мара, болтая ногами, любуется на своё отражение.

– Каков учитель, таков и ученик, – беззаботно огрызаюсь я.

Мара вскидывает на меня гневный взгляд:

– Хочешь сказать, это я виновата, что твой зверь не может справиться с простейшим, примитивнейшим заданием узнать об одной вещи?

Пожимаю плечами:

– Ну, у тебя же не получается выведать то же самое у Антония, хотя ты каждый день пытаешься это сделать.

– Потому что Антоний – ребёнок, – Мара вздёргивает подбородок. – Будь он мужчиной, он бы уже всё мне рассказал.

– Будь Марк Аврелий мужчиной, королева бы тоже ему уже всё рассказала, – передразниваю её, – но Марк Аврелий хоть и большая, но всё же белка, а Антоний хоть и непонятно кто, но ребёнок, так что мы имеем то, что имеем, и не надо оскорблять моего любимца.

– Такими темпами мы здесь не одно столетие торчать будем! – Мара, скрипнув зубами, переводит взгляд на Санаду. – Не пора ли тебе взяться за дело? Охмурил бы королеву.

– Ещё предложи ментально её зачаровать, – невнятно отзывается Санаду, – так, чтобы наверняка у нас проблемы возникли.

– Ты себя недооцениваешь, – улыбается Мара.