Попаданка ректора-архивампира в Академии драконов 2

На несколько мгновений я застываю, снова погрузившись в размышления о странности послания Санаду, после чего прохожу к витрине с продуктами. Из волшебного морозильника достаю брикет местного мороженого и кладу на прилавок.

Мисс Глория никак на это не реагирует.

Антоний сопит у меня над ухом.

Я приподнимаю брикет и разжимаю пальцы. Брикет громко шлёпается на прилавок. Мисс Глория вздрагивает. Антоний издаёт:

– Ы-ы!

Мисс Глория упирается в него взглядом. Вскрикивает и, отшатнувшись, шмякается вместе со стулом. Бах!

Я заглядываю за прилавок: женщина лежит с вытаращенными глазами, прижимает письмо к груди.

– Эм, – произношу я.

Антоний тоже перегибается через прилавок:

– Ы?

– Ик! – выдаёт мисс Глория.

Моргает несколько раз, вглядывается в морду Антония, затем разглядывает мордочку Марка Аврелия.

С полминуты её взгляд мечется между большой и малой белкой.

– Но как? – выдыхает мисс Глория.

– М-магия! – глубокомысленно изрекаю я.

– А, ну-у… понятно, – вздыхает мисс Глория и, бережно сложив письмо, вталкивает его в декольте.

Резко пунцовеет и отводит взгляд, но тут же бодро поднимается, ставит на место стул и отряхивает платье.

– Я вас слушаю, – произносит она, продолжая разглядывать Антония.

– Мороженое нам, – указываю на брикет. – Запишите на счёт профессора Санаду.

– Хорошо, – на этот раз мисс Глория впивается взглядом в меня.

А я вручаю Антонию ледяной брикет и направляюсь к выходу.

– Кхм, погодите! – тревожно восклицает мисс Глория.

Я разворачиваюсь. А она стыдливо опускает взгляд и, залившись румянцем, ковыряет пальцем прилавок. Такое поведение совершенно не вяжется с образом взрослой женщины.

– Эм, – на этот раз тянет мисс Глория. – Можно попросить вас об одолжении? Точнее, не вас, а профессора Санаду. Мою просьбу он вряд ли исполнит, но вашу…

Она быстро стреляет в меня взглядом.

Так-то мне не стоит ввязываться в странные дела, да и Санаду сейчас не до чужих проблем, но… любопытство. Во мне взыгрывает любопытство.

– Я вас слушаю, – отзываюсь я.

Стрельнув взглядом по сторонам, мисс Глория манит меня пальцем. Приходится вернуться к прилавку.

Вздохнув, мисс Глория подаётся вперёд. Марк Аврелий перебирается мне на спину – от греха подальше. Мисс Глория, продолжая ковырять пальцем прилавок и заливаться румянцем, шепчет:

– Понимаете ли, мне… так получилось, что… мне пишут письма, – выдыхает она и краснеет буквально до ушей. – Любовные.

– И? – вопрошаю я.

– Чавк-чавк-чавк!

Мы поворачиваемся к источнику шума: это Антоний, не утерпев, раскрыл обёртку и теперь грызёт мороженое.

– Чавк-чавк! – он застывает, вопросительно глядя на нас. Выдавливает, с трудом ворочая языком.