Попаданка в академии драконов 2

Просто не хотел лишний раз тревожить. Прости. — Он накручивает локон на палец. — Но раз знаешь… и если хочешь, чтобы я тебя тревожил и обо всём рассказывал, то, возможно, ты захочешь знать об одном событии. И, возможно, пожелаешь на нём присутствовать.

Приподнявшись, заглядываю в усталое лицо Арендара. По кромкам радужек завораживающе скользят золотые искры, но любопытство побеждает:

— Какое событие?

— Вынесение приговора напавшим на тебя девушкам.

Со всеми происшествиями я так старательно выдавливала из памяти воспоминания об этом, что напоминание получается неожиданным.

— Значит, следствие завершено…

— Да. Суд рассмотрел улики, осталась самая важная магическая часть. Думаю, тебе может быть интересно.

— Магическая часть суда?

— Да. Ты имеешь право на ней присутствовать.

Но хочу ли я?

— Они напали на меня под действием чар?

— Всё говорит за то, что это было их собственное решение.

— А они вернутся в академию? — снова укладываю голову на плечо Арендара.

— Нет. Это абсолютно исключено.

— А можно с ними поговорить? Можно спросить, почему они это сделали?

— Если тебе интересно, могу организовать встречу. Но зачем?

— Хочу понять, что ими двигало, зачем они так рисковали. Это ведь чистое безумие…

Арендар прижимается губами к макушке и шумно вдыхает.

— Не знаю, — признаётся он. — Их поведение слишком необдуманно даже с моей драконьей точки зрения, а уж мы в порывах эмоций горазды всякого натворить. Но если хочешь, встречу устрою.

— Да. Хочу.

— Значит, завтра после обеда зайду за тобой. Заодно посмотришь Нарнбурн. Он не так великолепен, как столица…

— А в столицу нельзя?

— Я бы не стал рисковать, в столице магический фон в семнадцать раз плотнее, чем в Нарнбурне, а твоя способность переносить магию в таких количествах ещё зависит от Пушинки. Вдруг она не справится.

— Пф, — выражает лёгкое негодование Пушинка.

— Тебя завтра тоже возьмём, — Арендар похлопывает мохнатый бок. — Даже не на твоих четырёх.

— Оиии, — Пушинка прижимается к нему и довольно ухмыляется, щурит на меня глаза.

Разбаловала я её, ой разбаловала. И пуговицу надо отнять, Арендар мне её подарил.

Пушинка улыбается шире, будто слышит мои собственнические мысли.

Лучше измученного вида Арендара и слов об усталости говорит то, что он засыпает со мной в обнимку. Прижимаясь к нему в блаженной полудрёме, не сразу осознаю, что его рука больше не гладит волосы, он молчит, и, наконец, я понимаю, в чём дело.

У меня сонливость сразу проходит: как же его вымотали дела, что он до кровати дотерпеть не может?

Это всё культисты… Не представляю, как их ловить: любой может оказаться добровольным или невольным агентом.