Попаданка в академии драконов 2

— Чему? — еле произношу я, боясь голосом выдать охватившее меня сладко томительное волнение.

— Тому, что ты сосредоточилась, пока я тебя целовал. Вроде надо порадоваться, что можешь взять эмоции под контроль, но…

— Это удар по самолюбию? — весело интересуюсь я и опускаю взгляд на хвост Пушинки на колене Арендара.

— Это поражение, после которого сразу хочется взять реванш, — томный шёпот на ухо, трепетные прикосновения горячих пальцев к моим губам, а затем и губы Арендара вынуждают забросить придумывание ответной колкости…

— Я не убегу, — шёпотом напоминаю я, когда рука Арендара вновь касается талии, и ускоряю шаг. — Клянусь, только не надо хватать меня прилюдно.

— Так-то ты ценишь честь совместной прогулки, — притворно сетует Арендар.

Студенты, бредущие в столовую и на занятия, при виде нас теряют томную сонность и смотрят во все глаза. Даже интересно, в какие страшилки обратилось происшествие на полигоне, если на меня смотрят так. Или дело в идущем рядом Арендаре?

Зацеловав меня до слабости в коленях, он доволен. А мне с каждым шагом к больничному крылу всё тревожнее, внутренности словно сжимает холодная рука. И дело не в страхе перед вампирами: я ужасно боюсь, что Ника разочарована в своей новой жизни и теперь меня ненавидит.

Когда ступаем в полумрак больничного холла, зябко повожу плечами. Арендар взмахивает рукой, и меня окутывает тёплым воздухом.

Отлично. Только всё равно страшно. Я так опасаюсь услышать проклятия за сломанную жизнь, что почти не осознаю, как поднимаюсь по лестнице и здороваюсь с мисс Клэренс. Целительница открывает дверь палаты. Ника стоит у окна, свет очерчивает её рыжие волосы, напряжённые плечи, фигуру в светлом домашнем платье.

— Привет, — робко здороваюсь я.

Ника поворачивает ко мне бледное лицо с пылающими алыми глазами.

Глава 31

— Лера… — Она, распахивая руки, бросается ко мне, обнимает крепко-крепко. — Я так рада, что ты в порядке, тут такие слухи ходили, говорили, что ты умерла.

Её щека прохладна, и запах изменился: в нём появилось что-то острое, опасное.

— А я рада, что ты жива, — обнимаю её, стараясь не думать, что её зубы у моей шеи.

— Ну, если твоё состояние можно назвать жизнью.

— Да я живее всех живых! — Ника отодвигается, суетливо пробегает пальцами по своему лицу. — Смотри, какая у меня кожа восхитительно бледная! Словно мраморная! И она останется такой гладенькой навсегда. И грудь не обвиснет. — На щеках проступает блеклое подобие румянца. — А ещё у меня ночное зрение формируется, и теперь я сильнее, смогу кузенам такие подзатыльники отвешивать, что по струнке ходить начнут. Всегда мечтала стать вампиром. А вампир-менталист

— это вовсе классика жанра.