Попаданка для черного дракона

Но и здесь у вездесущей Клодины оказались связи, и она помогла нам сделать заказ у своего дальнего родственника со скидкой. Макияж всем четверым делала я сама. Из земной косметики с собой у меня был тональник, пудра, румяна, помада, карандаш для глаз и тени в коричневой гамме. Все же я с работы попала сюда, а не с вечеринки, но по местным меркам и это было сокровищем.

С транспортом вышло неожиданно. Я увидела как-то на улице своего знакомца, который когда-то в первый день подвозил меня от замка на телеге. Теперь он уже восседал на козлах вполне приличной открытой кареты. Я присмотрелась и смело его остановила. Оказалось, что он женился, а тесть пристроил его возницей в хороший дом на приличное место. И все это он связывал с моим фиктивным благословением. Я и решила обнаглеть и спросила, не сможет ли он подвезти на этой карете четырех леди до замка нужным вечером?

– Для вас – что угодно, – поклонился мне парень. – Я сперва хозяев на маскарад отвезу, а потом могу заехать. Хозяин пожилой, он дольше чем на час на балу не останется. Ему только всех знакомых поприветствовать – и домой. А потом я смогу вернуться за вами и с бала забрать. Только нужно обязательно к часу ночи вернуть карету во двор. В час охрана дом обходит, могут заметить отсутствие.

– Не волнуйся, к половине первого твои пассажирки будут ждать на крыльце. А если нет, можешь смело уезжать. Сами домой доберутся. Я тебе лишних неприятностей не желаю… – Я не стала уточнять, что и сама буду среди тех пассажирок, чтобы не шокировать парня тем, что ведьма тоже может переодеться. – Ты только смотри, сильно-то не злоупотребляй. Мне предложил подвести – за это спасибо! Но сильно не наглей, чтобы хозяин не осерчал.

– Конечно, госпожа ведьма, как можно. Я за свое место очень держусь.

– Ну, тогда спасибо, – улыбнулась я. – Надеюсь на тебя.

А в то утро, когда мы должны были поехать на маскарад и все уже было подготовлено и организовано, едва я проснулась, как граар огорошил меня новостью.

– Кажется, я заболел, – произнес он трагическим шепотом и картинно повалился на подушку.

Граарчик страдал картинно и вздыхал тяжело.

– Конечно, иди на работу. Я понимаю. Это важнее, чем я…

И взгляд несчастный-несчастный.

– Да что такое? Что у тебя болит? – пыталась разобраться я.

– Ох, да какая разница! Пусть я даже умру, лишь бы тебя это слишком сильно не напрягло. Просто вынеси мое тело куда-нибудь на гору и оставь, пусть меня мыши съедят, – еще более страдальческим тоном произнес он."

"Котяра явно переигрывал, так что сочувствовать ему выходило плохо, но я никак не могла сообразить, что же происходит на самом деле и в чем причина его поведения. Он только елозил по подушке спиной, словно валерьянки кто налил, и строил из себя умирающего.