Попаданка для Ректора. Влюбиться во врага (СИ)

- Понял, - кивает напарник, бросает на меня какой-то неоднозначный взгляд и прыгает в вертикальную воронку. Она тут же захлопывается, но появляется вторая. Действительно, мелкая.

- Руку! – требует ректор.

- Что?! – теряюсь я, опасаясь его очередного прикосновения и своей реакции на это.

Повторять ректор не собирается, хватает меня без спросу, и все вокруг вертится. Мы были в лесу, а через миг оказались на песчаном берегу.

Редмонд едва заметно кривится и тяжело дышит. Перемещение отняло слишком много сил?!

- Вы в порядке? – волнуюсь я, но ректор небрежным движением отмахивается от меня, веля не подходить к нему ближе.

- Как тебе удается вечно меня поражать? Думал, лимит твоих глупостей дошел до предела, но нет, - качает он головой, впиваясь в меня гневным взглядом. - Так что, скажи на милость, что ты забыла во владениях контрабандистов?!

- Контрабандистов?! – охаю я.

- А ты, стало быть, не в курсе, кто тебя преследовал и почему? – вскидывает брови ректор. – Или твоя временная амнезия стала прогрессирующей?

- Амнезия у меня временная. Вот только я не помню, что успела сделать и за что меня преследовали, так как это было раньше, - пытаюсь объясниться я.

- А зачем сюда притопала тоже помнишь? – не верит он мне.

- Не своими ногами, - заверяю я. – На меня напали, и я проснулась здесь.

- Напали? – переспрашивает он, опять-таки не веря.

- Похитили, так понятнее?! – сержусь я.

- Вы мне не нравитесь, леди Сьерра. И признаюсь, я очень хотел оставить вас в том лесу. Так что будьте добры, перестаньте мне уже врать! – голос пронизан таким холодом, что сердце замирает."

"Я смотрю в его глаза и понимаю, что опять заставила его спасть ту, кого он предпочел бы погубить.

Я вижу эту борьбу внутри него. Борьбу благородства и всепоглощающей ненависти. И вопреки всему, побеждает первое.

Будь я на его месте, или хоть кто-то из моих знакомых, мы бы уже сломались и позволили жажде мести ослепить.

Но этот мужчина продолжает оставаться собой, оставаться мужчиной. Он сражается со всем миром, но не опуститься до униженья и истязанья женщины, которую презирает всеми фибрами души.

Это восхищает. И это же заставляет сердце страдать.

- Я бы сказала вам правду, если бы знала, что она из себя представляет, - говорю я как можно искреннее. – Но я не помню. А будучи в том доме, ничего понять не успела. Только проснулась, и все бросились искать чужаков. Видимо, вас.

Я опять лгу, надеясь, что мне поверят. Хочу сказать правду, но не решаюсь. Признаться, что украла что-то у бандитов, сродни тому, чтобы собственноручно вбить очередной гвоздь в крышку собственного гроба.

Ректор, конечно же, не верит, но прекращает бесполезный разговор. Велит сидеть тихо до прихода подмоги. Но сколько ее ждать, сам не знает.

Я опускаюсь на белый песок, пропускаю его сквозь пальцы.