Попаданка для Ректора. Влюбиться во врага (СИ)

В голове только одна мысль – смертная казнь. А как иначе? Если он нарушил законы вселенной?

– Нет! Ты что-то путаешь! – отсекаю я прежде, чем Серафим скажет мне то, что я не хочу сейчас слышать. – Да, точно! Посмотри! Это не мое тело. Я в Тессе!

– Алефтина, ты в своем теле, – стоит на своем Серафим.

– Да нет же! Я выгляжу иначе! Мы похожи, но различия очевидны!

– В своем мире ты выглядишь иначе, но в нашем, именно так. Ничего удивительного, – заверяет он. – Посмотри внимательней. Цвет ресниц, шрамы, что-нибудь да подскажет тебе, где правда.

С ужасом касаюсь своей рассеченной брови. Нет! Не хочу об этом думать. Ведь если Серафим прав, то значит, что Редмонд…. Нет!"

"– А где тогда Тесса?! – хватаюсь за последнюю соломинку, но вместо того, чтобы ответить, он проводит рукой по зеркалу, которое тут же идет рябью. Знаю я этот прием. Сейчас будет кино.

Тесса. Точно. Это она. С путами на руках.

– Она ожидает своего суда, – говорит Серафим, отбирая последнюю надежду.

Неужели Редмонд….. лучше бы я не просыпалась.

– Алефтина? – слышу дорогой сердцу голос и спешу повернуться.

Не верю своим глазам. Это Редмонд? Здесь? Сейчас?

Забываю обо всем на свете и бросаюсь ему на шею. Обнимаю так сильно, что, кажется, сломаю его. Нет, это он сейчас придушит меня. И пусть. Чувствую тепло его мощного тела, стук сердца, его дыхание в своих волосах.

Боже, как же хочется плакать. Но уже не от горя, не от страха, а от счастья.

– Ты так меня напугал, – говорю я ему. – Я думала, тебя казнят.

– Смягчающие обстоятельства, – говорит ректор, подмигивая Серафиму. Это когда эти двое успели подружиться?

– Собранные тобою улики против сети контрабандистов сыграли роль или истинность? – спрашивает Серафим.

– И то и другое, и поимка Тессы в придачу, – отвечает ему ректор, не выпуская меня из объятий.

Он крепко прижимает к себе, будто не может насытиться. Да что там, я сейчас тоже похожа на жадину. Ни за что от него не оторвусь!

– Ее осудят? – спрашиваю я.

– Она получит по закону ровно то, что заслужила. А невиновно осужденный уже на свободе, – успокаивает меня Редмонд. – Если у тебя есть силы, то подъем, у нас куча дел.

– Каких дел? – пугаюсь я.

– Пришлой истинной из другого мира нужно как минимум имя и регистрация. Не могу же я взять в жены безымянную, – подкалывает ректор, и я вновь ощущаю трепет от его слов.

Горбатого даже могила не исправит. Я когда-нибудь перестану смущаться перед ним?

Мы покидаем храм тем же путем, что и всегда – через арку, и в этот раз Серафим говорит, что нам осталась только одна встреча.

– Какая? – спрашиваю я, но в ответ получаю добродушную, обнадеживающую улыбку.

– На свадьбе, а затем он вновь спрячется от посторонних глаз, – подсказывает мне Редмонд.