Попаданка для Дракона, или Жена любой ценой

Весь этот кошмар происходил под аккомпанемент чудесной, просто неземной песни. В ней не было слов, только мотив и мелодичный женский голос.

Но песнь, какой бы прекрасной она ни была, не могла меня успокоить. Я кричала и металась, но не могла это остановить. По ощущениям мое тело сломалось, буквально распалось на куски. Меня разобрали на составляющие части, словно конструктор «Лего», а потом сложили заново, но уже иначе.

Все время, что длился этот кошмар, меня преследовал образ золотой птицы. С ярким оперением и длинным, безумно красивым хвостом.

Я видела, как птица превращается в пепел, а потом восстает из него. В бреду мне казалось, что я тоже сгорела, как эта птица, и от меня осталась горстка золы.

Приснилось мне или нет, а это совершенно точно была худшая ночь в моей жизни. Казалось, кошмару не будет конца и края. Не знаю, как долго это длилось. Но когда я, наконец, открыла глаза, за окном светило солнце.

— Слава богине! — голос старой няни резанул по ушам. — Я уж думала, это конец.

— Сколько я… — договорить не смогла из-за спазма гортани.

— Была без сознания? — няня поняла и так. — Три дня, милая моя. Ты не приходила в себя целых три дня.

Она помогла мне сесть и дала воды, которую я жадно выпила.

— Что сказал лекарь? — спросила я, откинувшись на подушки.

Няня отвела глаза и промолчала.

— Не было никакого лекаря, — догадалась я по ее реакции.

— Все решили, что это проклятие, — пояснила няня. — А против него лекарь бессилен.

Я кивнула. Все просто ждали моей смерти. Вот так семейка мне досталась…"

"Но сквозь забытье этих дней кое-что все-таки проскальзывало. Я точно помню, что меня осматривали. Если это был не лекарь, то кто?

Я напряглась, припоминая. Линейка! У того, кто меня изучал, было что-то вроде сантиметра. Догадка заставила похолодеть. Да это же был гробовщик! Любезный дядюшка прислал к больной племяннице не лекаря для помощи, а мастера загробных дел. Он вовсю готовился к похоронам.

Как дядя поступит, когда поймет, что я выжила? Мое исцеление нарушает договор с Аршером. Насколько далеко готов зайти родственник, чтобы выполнить его условия?

Все эти дни рядом со мной была только няня. Наверняка это ее пение я слышала. Только ей я могу доверять.

Размышляя, я бездумно поглаживала лежащую рядом Исчадие. Болонка вроде не возражала, хотя особой радости тоже не выказывала. Она точно знала — я не ее хозяйка. Собаки чувствуют такие вещи. Повезло, что в этом мире они не говорят, а не то Исчадие сдала бы меня с потрохами.

Силы ко мне возвращались поразительно быстро. Я очнулась пару минут назад от трехдневной комы, но уже без труда сидела и держала чашку в руках. Пожалуй, стоит попробовать встать.

Няня ушла за завтраком. Пользуясь ее отсутствием, я откинула одеяло и спустила ноги на пол.