Двурогий. Попаданец к Александру Македонскому

И новобранцы, пусть и служившие прежде персидскому царю, были бы очень кстати.

Хуже с Периклом. Он буквально озадачил.

– Ты счету обучен? – спросил Перикл.

– Конечно, – усмехнулся Алексей.

– А теперь, пусть и грубо, приблизительно, посчитай, сколько будет весить двести талантов. Куда их деть, где хранить? Для охраны таких ценностей двух дюжин будет мало.

Алексей напряг мозги – в уме большие цифры давно не умножал. Результат поразил самого.

По современным меркам выходило пять тонн и еще двести килограммов. Очень много. Даже если отправить обозом, получится… целый обоз в двадцать шесть-двадцать восемь повозок. Лошадь не может тянуть груз больше двухсот килограммов по местным горным дорогам.

– Да, верно, не продумал я. На первое время комнаты хватит. Найти мастеров, заложить кладкой окно.

У местных жителей дома каменные, сложенные на известковом растворе, очень крепкие.

Поболтали еще немного, Алексей направился к тирану Эниэлу. Завидев его, один из слуг бросился внутрь дома и вскоре на крыльцо выбежал сам Эниэл. Поклонился с достоинством, руку правую к сердцу приложил:

– Рад видеть у себя столь высокого гостя! Гость в дом – радость в дом!

А внутри уже суетились слуги, собирая угощение на стол.

Вошли в дом. Стол на месте, но карты на нем нет.

– Эниэл, в прошлый раз на этом столе карта была.

– Какая карта? Что это?

Попытался объяснить: рисунок местности на пергаменте. Понял тиран, хлопнул в ладоши, сказал что-то слуге. Тот довольно быстро принес, раскатал рулон. Четкие очертания города, дороги, ведущие к нему, соседские города. Неплохо, но масштаб не везде соблюдается. Алексей так и замер у стола, вцепился взглядом, пытаясь запомнить. Неудобно так долго торчать. У местных есть обычай: если какая-то вещь понравилась гостю, ее дарят. Но карта – приобретение редкое, в торговой лавке не купишь. Рисована черной тушью из Синда, которая ошибок и исправлений не допускает. Большой труд и больших денег стоит.

С поклоном подошел слуга, доложил тирану, что стол готов. Сели, выпили вина, принялись за жареное мясо. Зазвучала музыка – дудки, струнные инструменты, похожие на мандолины.

Вышли две танцовщицы в полупрозрачных одеяниях, стали танцевать. Девушки молодые, грациозные. В танце искусные, глаз не оторвешь.

Видимо, загорелись глаза у Алексея. Парень молодой, с женщиной давно не был, мужское естество своего требовало. Заметил тиран, не иначе. Потому что когда Алексей засобирался в лагерь, за ним, в двух шагах сзади, направилась танцовщица. Правда, успела переодеться в шальвары синего шелка и бирюзовую накидку наподобие плаща. Сначала Алексей подумал – попутно идет. За городские ворота вышел, а она не отстает.

– Ты зачем за мной идешь? – остановился Алексей.

В обычаях того времени было дарить рабов.