Попаданец на гражданской. Гексалогия (СИ)

— Где-то он меня провел! Слишком уж… нет, тут что-то не то?!

ЯссыХолодный осенний туман продолжал окутывать землю густым покрывалом. Однако наступающее утро потихоньку подступало, и кое-где уже рвалась молочная завесь, покрываясь сквозными проплешинами, словно одежда нищего сквозными дырками.— Самое удобное время для атаки, — пробормотал Фомин, заглядывая на большой циферблат наручных часов.

Стрелки медленно ползли по кругу, отмеряя минуты — до расчетного времени оставалось еще полчаса.

— Сколько ни дыши, а все мало, не надышишься!

Семен Федотович негромко выругался, затем с облегчением вздохнул, в который раз мысленно усмехнувшись над своими страхами и тревогами.

И в бой вроде ходил много раз, ан нет, перед каждой атакой волнение так и забирает, нагнетая излишние страхи и тревоги.

— Господин майор, экипажи в танках, — за спиной раздался негромкий голос помощника, и Фомин обернулся.

— Хорошо, Оскар Оскарович, — тихо ответил Семен Федотович и улыбнулся.

Капитан-лейтенант Ферсман, назначенный его заместителем или помощником, если исходить из нынешних реалий штатного расписания, две недели тому назад, произвел самое благоприятное впечатление. И что немаловажно в нынешней ситуации, имел порядочный боевой опыт, полученный именно на английских «Марках».

Дело в том, что он командовал танком «Капитан Крони» в октябрьских боях под Петроградом в прошлом году. Когда же армия Юденича отступила в Эстонию, то его назначили командиром посыльного судна «Китобой», стоявшего в Ревеле, уже переименованного эстонцами в Таллинн, под Андреевским флагом.

Хозяева, уже присвоившие русскую канонерскую лодку «Бобр» и с два десятка мелких кораблей, катеров и судов Балтийского флота, снова решили пополнить свои военно-морские силы за русский счет.

Сами чухонцы качать права не посмели, обратившись за помощью к англичанам, благо некоторый опыт уже имелся.

Именно британцы заставили спустить красные флаги на двух русских эсминцах, под угрозой немедленного расстрела.

Командовавший отрядом бывший мичман Ильин, взявший новую фамилию «Раскольников» (в честь героя Достоевского, который с помощью топора вершил революционное правосудие), презрев заветы Петра Великого, сдался в плен, даже не попытавшись хотя бы затопить свои корабли. А захваченные эсминцы англичане просто отдали эстонцам, наотрез отказавшись передавать генералу Юденичу.

Однако старший лейтенант Российского императорского флота, даром что немец, оказался не четой красному военмору.