По понятиям Лютого

– Что, будете котлеты сейчас жарить?

– У них, в Ленинграде, могут, – усмехнулся Пономаренко и опять махнул рукой.

А Студента аж холодный пот прошиб! Вот оно что! Это не просто пробный «наезд»! Они по следу из Эрмитажа пришли, по кровавому следу от трех трупов! И тут же из холода бросило в жар: главная-то улика – перстень, у него на пальце!

Секунду подумав, Лобов убрал свертки в сторону. Сметана. Банка с томатным соусом. Там можно хоть десять перстней упрятать. Покосился на Пономаренко, с фонариком ползающего на коленях у радиатора отопления. Наверное, это все-таки лишнее. Нелогичное место для тайника. Так упрячешь перстень в соус, а потом забудешь и слопаешь его вместе с борщом… А вдруг, подумал Лобов, преступник рассчитывает именно на такой ход его мыслей?

Канюкин что-то крикнул из гостиной. Точнее, вскрикнул. Хлопнула входная дверь.

Пономаренко приподнял голову, посмотрел на Лобова.

– Что там?

– Не знаю. Сейчас посмотрю.

Дверь в квартиру распахнута. Старушки-понятые, оторвавшись от пуфов, с остолбенелым видом выглядывают на лестничную площадку.

– Он там… – шепчет одна.

И показывает пальцем.

Канюкин стоит на площадке, согнувшись, уперев руки в колени, и как-то странно встряхивает головой, будто в ухо ему попала вода. Глаза выпучены.

Из спальни показался Хромов, выглянул за дверь.

– Что у тебя такое?

Канюкин резко обернулся, едва не врезавшись в дверной косяк.

– А? Все нормально… Просто это… Голова вдруг разболелась чего-то. – Он выпрямился, выдавил жалкую улыбку. – Ни с того ни с сего, прямо как ударило вдруг.

Хромов внимательно осмотрел подчиненного, втянул носом воздух.

– Ты не пил?

– Нет-нет, ни капли. Я сейчас. – Руки у него тряслись.

– Гляди у меня, Канюкин…

Хромов вошел в гостиную, осмотрелся, но не увидел ничего подозрительного. Только фарфоровый китаец-болванчик на серванте с тихим звоном качал головой влево-вправо. Движение постепенно затухало, и под взглядом Хромова голова замерла на месте.

– Трогал? – бросил он Канюкину.

– Нет-нет, просто переставил немного… – заюлил вдруг тот. – Хотел вазу вон ту осмотреть, а он рядом стоял… Боялся, как бы не смахнуть случайно.

Хромов строго посмотрел на капитана, потом на понятых.

– Без необходимости ничего тут не лапать, понятно? – Слова были обращены скорее к понятым, чем к Канюкину. – Надо уважать неприкосновенность жилища граждан!

«Вот сука! – зло подумал Студент. – Пришел без ордера, всё перевернул и еще про уважение базарит…»

Но вслух ничего не сказал: он действительно был «ученым».

* * *В зеленом «газике» тесно и накурено. Хромов как старший сидит впереди, четверо мужиков спрессовались сзади. Двигатель работает на холостых оборотах, трещит, шипит рация.