По понятиям Лютого

– Это тебе видней, ты у нас Студент, ты человек ученый, – пробормотал он. – Хотя, как по мне, расклад такой: или сразу поднять сто тысяч, или сто раз ходить за одной тысячей… – Он изобразил на лице работу мысли. – По-моему, проще сразу.

– А то, что тебя менты за жопу возьмут – это ничего?

– Чего это они возьмут? Не возьмут. На то он и вор, чтобы рисковать. Где риск, там и фарт, а без фарта и жизнь не в масть. – В голосе Султана послышался нешуточный апломб.

– Охренеть! Да ты просто философ! – не выдержал Студент.

Он свернул на разбитую дорогу, в конце которой виднелись железный забор и приземистые бетонные коробки плодоовощной базы. Остановил машину у ворот. Взял Султана за шею, сдавил, притянул к себе.

– Главное не ляпни там что-нибудь, Сократ. Морду клином, стой, смотри, слушай, кивай время от времени. Если надо будет что-то делать, я тебе скажу. Без моей команды пасть не открывай. Понял?

– Ты Смотрящий, тебе виднее…"

"Эту базу Студент знал хорошо. Когда-то заведующим здесь работал Сазан – подпольный советский миллионер, сволочь, хапуга, при этом серьезный коллекционер русских икон и один из постоянных клиентов Студента. Сазан умер от сердечного приступа прошлым летом, а его место на базе занял Генрих Давыдович, бывший заместитель. Студент пересекался с ним пару раз, когда приезжал к Сазану на базу. Такой же хапуга, такая же сволочь, только что иконами не интересуется. Все «левые» дела по списанным огурцам, картошке и бензину – короче, все, на чем Сазан сколотил свои миллионы, – они проводили на пару с Генрихом, и тот был в доле.

– Валентин Иванович, какими судьбами?

Секретарша перешла к Генриху Давыдовичу по наследству вместе с кабинетом и обстановкой. Студента она узнала, расплылась в улыбке, шоколадку положила в ящик стола.

– Мы ненадолго, – сказал Студент. – Чай можешь не подавать.

Он пропустил Султана вперед, вошел в кабинет и закрыл дверь на защелку. Генрих Давыдович сидел, обложенный бумагами, маленький, лысый, руки в черных нарукавниках. На заостренном лисьем личике блестели умные осторожные глаза.

– Узнаешь? – сказал Студент.

– А, собственно, хм… Конечно, – кашлянув, сказал Генрих Давыдович.

Свою речь Студент уложил в пять минут. Тушить сигарету в глазу завбазы он не стал, объяснив все скользкие моменты на словах. Генрих выслушал его спокойно, не перебивая, даже, как показалось Студенту, с интересом. В конце он вежливо уточнил:

– Простите, Валентин Иванович, вы сами придумали эту схему?

– В «Науке и жизни» вычитал, в разделе «Полезные советы»! Тебе какая, к хрену, разница?

– Никакой. Все гениальное просто, я только это имел в виду. А насколько реальна эта ваша, хм… защита?

– Я – Смотрящий за городом.