Жена поневоле

Он был мрачнее ночи.

– Что ему от тебя понадобилось? – с порога начал Ральф. Горестный вздох слетел с моих губ. Один допрос сменился другим. Когда же все это закончится? Неужели покой мне будет только сниться?

– Хотел узнать, из-за чего я вспылила после вчерашнего ужина и правда ли, что состою в любовной связи с твоим начальником, – раздраженно произнесла, утаив о том, что мистер Шевард знает о фамилии, которую я носила на протяжении двадцати четырех лет.

– Надеюсь, ты не пала под его чары и не выдала все, как на духу? – сдержано спросил Ральф, словно не замечал моего настроения.

– Под его чары? – переспросила у супруга, хмыкнув при этом. Да от него бежать хочется, да подальше!

– Многие женщины считают его привлекательным… только если им нечего бояться, – задумчиво добавил он спустя несколько мгновений. И этот туда же!

– Я уклонилась от прямых ответов, – сухо бросила, поворачиваясь к окну. Тучи сгущались, словно перед грозой. Солнце, которого мне так не хватало, куда-то спряталось.

– Сто раз подумай, прежде чем что-либо ему сказать, – проговорил Ральф командным голосом. – Помни – ты моя жена! – он произнес эту фразу таким образом, что у меня сложилось впечатление, будто я его собственность. – И должна отдавать себе отчет в том, что делаешь либо говоришь, иначе можешь выставить нас обоих в дурном свете, – супруг снова напомнил мне о случившемся в поместье.

Я чувствовала на себе какое-то время его тяжелый взгляд, но вскоре раздался звук закрывающейся двери. Он ушел, так и не дождавшись от меня ни слова, я же продолжала стоять и вглядываться в почерневшее небо. Внезапно яркий зигзаг молнии рассек его, а спустя считанные секунды раздался оглушительный раскат грома. Первые редкие капли дождя нерешительно падали на землю, а затем они стали громко барабанить по стеклу, будто просили впустить их.

Я и сама не заметила, как по моим щекам полились слезы. Наши отношения с Ральфом напоминали мне бег по кругу, который каждым раз заканчивался одним и тем же – разочарованием. Что между нами общего? Да по сути ничего. Что нас связывает? Любовь? О любви с его стороны и речи никакой не идет, ведь он только и твердит: ты мне нужна. Для чего? И смогу ли я простить его когда-нибудь за совершенное предательство, даже если он бросит весь мир к моим ногам? Ведь тепло, исходившее от его тела, едва ли могло согреть мою израненную душу. Оно не вызывало больше того трепета, что раньше. Его объятия перестали быть желанными. И тут я осознала, что впервые в жизни не смогу сдержать слово. Неделя… У меня имеется одна неделя, чтобы разобраться со всеми делами и оставить Ральфа навсегда в прошлом.