Невеста поневоле

Ролан возник с глазами по пять копеек, смотрит на меня секунду, затем кричит своим:

— Отбой! Миледи! Вы ли это?!

Киваю и иду через арку на выход, умиляясь тому, как они продолжают щупать невидимую стену и недоумевать.

Только вышла, барон руку хватает и целует, не отрывая взгляда от моего бюста. Взмыленный, разит от него семидневным потом. Сыновья нас обступили.

— Бать, расскажи ей.

— Расскажите мне, — затаив дыхание дублирую.

Упал на колено Ролан, а рыцари вокруг разошлись подальше, как от огня. Начал присягу давать. А я соображаю, к чему бы это?!

Подняла, как закончил.

— Миледи, граф Арлен мертв, — говорит с горечью, а сам на декольте пялится. — А род его лишен наследства, ибо граф культу злому потворствовал. Разоблачили его люди герцога. Теперь вы мой сюзерен. Готов биться за вас, пусть даже с маркизами тремя! Проследуйте в мой замок. Его стены выше этого магического, запасов там на годы, гарнизон в триста человек, готовых за вас жизнь отдать! Поспешим! Армия неприятеля надвигается!

— Вы про Леонида, Клавдия и Николь? — Усмехнулась цинично. — Где они?

— Маркизы в селе вашем. У них совет военный. Лазутчиков уже вяжем в лесах наших, скоро попрут большими силами.

Хватит. Все, устала. Войны эти по горло. Платье обеими руками подняла и пошла в направлении своего села. Достали!! Пора их разгонять!

* * *Шлепаю по лесу, поредевшему после урагана. Чувствую тлеющую боль коллективную, наградил меня дуб — леший ментальной связью с растительностью. Вот она и жалуется на невзгоды тому, кто услышит. За мной эльфы, следом оторопевший Ролан с сыновьями пешком. А за ними всадников неспешно топающих штук сто. Все с мечами наголо, луками на изготовке.

Прошли рощу, у башни люди с факелами. Узнали меня. Нил с разбойниками, тоже все с оружием. Увидела рыцарей моих! Гекара, Оскара, Наэля и Лестора! А с ними еще человек тридцать. Видимо с сел ополчение собрали.

Меня видят, ахают. Во — первых, я красавица неописуемая в платье от дизайнеров императрицы и с косметикой заморской! Во — вторых, злая, хищная и готовая порвать. Это на уровне энергетики должны чувствовать все! А в — третьих они просто рады меня видеть.

Целуемся, обнимаемся, слушаем укор и речи воспитательного характера в мой адрес. И все на декольте пялимся… А как же глаза?! Душа женщины выше!

Собираем митинг и идем к селу. Закат близится. Но я вижу все, меня ночь только радует. А как радует моих черных друзей в моей крови… В чистом поле за рядами домов войска стоят, конца и края им не видно. Выстроились конники, пехота, лучники, копейщики и еще всякой сборной солянки до горизонта, хоть сей.

Остановилась на центральной дороге, дух переводя. Тишина изредка нарушается опасливо ржущими лошадьми. Птицы, похожие на ворон, каркают истошно, железо елозит и скрипит.