Дворянин поневоле

К тому же не надо беспокоиться о предательстве или случайной утечке информации.

– Поэтому ты даже в свои цеха никого не пускаешь? – уточнила Елена, напившись.

– Именно. В каждом деле есть свои секреты, и обнародовать свои я пока не собираюсь. Придет время, и они раскроются, но к тому моменту я уже придумаю что-то новое. Это и есть прогресс. В своем неприкрытом и неприглядном виде.

– Но ведь в этом случае ты не получишь известности и признания.

– Почему же?

– Ну как же. Получается, что это гонка. Ты все время стараешься быть первым, но при этом скрываешь свои открытия. А раз ты их скрываешь, то это может придумать кто-то другой, кто не станет скрывать и назовется первым.

– Не все так просто. Обкатав свое изобретение, я получаю на него патент. Что означает, что любой, пришедший в своей работе к такому же результату, станет вторым. Ведь у меня на это изобретение уже есть официальная бумага.

– И много у тебя таких изобретений? – спросила Елена, удивленно его разглядывая.

– Уже более трех десятков.

– Но зачем так сложно?

– Не я эти правила придумал. Я им только вынужденно следую, – пожал парень плечами.

– А если кто-то решит воспользоваться твоим изобретением? Что тогда?

– Тогда он будет вынужден платить мне процент, а я получу право ограничить время использования моего изобретения. В общем, не забивай себе голову. Я и сам не очень хорошо понимаю все эти правила. У меня для этого целый штат крючкотворов в столице работает.

– Ты меня снова удивил, – задумчиво протянула Елена.

– Поверь, таких случаев будет еще много, – загадочно усмехнулся парень. – Так ты решила, как поступишь?

– Ты про поездку?

– Да.

– Нет. Пока останусь здесь. В столице для меня еще опасно, – вздохнула она.

– Правильное решение, – кивнул Сашка. – Поскучай пока тут. Когда дело закончится, я тебе сообщу.

– Саша, я все-таки хотела бы понимать, что ты собираешься делать, – попробовала настоять женщина.

– Зачем? – прямо спросил Сашка, глядя ей в глаза. – Помочь ты мне ничем не можешь. Все что знаешь, уже сообщила. Так что будет лучше, если ты станешь жить своей обычной жизнью и не пытаться вмешиваться туда, где тебе запросто могут оторвать твою прелестную головку.

– Ты собрался с ними воевать? – удивленно ахнула Елена.

– Воевать? В столице? Я что, ненормальный? – презрительно хмыкнул парень. – Нет. Я изучу их. Узнаю, как они ведут дела, и подумаю, как можно лишить их самого дорогого.

– Чего? – испуганно спросила женщина.

– Их кошельков, конечно, – рассмеялся Сашка. – Ростовщики – это особые люди. Их жадность не знает границ, и без денег они считают свою жизнь конченой. Вот туда и надо бить. А убивать, это слишком грубо и прямо. Недаром в уголовном мире убийцы считаются низшей кастой. Мокрушниками.