Понедельники

Будто бы это он ему предложил такую бяку. Таня не выдержала и захохотала. А Павел с удивлением отметил, как моментально преобразилась женщина. Он не видел её такой. Беззаботной и счастливой. Все ещё посмеиваясь, Таня отобрала булку у сына, а потом, посерьезнев, посмотрела на соседа:

— Кое-что я бы уже могла делать. Просто дайте мне самые срочные документы, а там — буду смотреть по состоянию. И соглашение о конфиденциальности нужно подписать первым делом.

Павел насупил брови и встал из-за стола. А потом вернулся с тонкой папкой бумаг.

— Вот соглашение. Вот самые срочные бумаги. После ужина заведу тебе корпоративную почту.

Вот так просто…

— Вы меня официально трудоустроите? — поинтересовалась женщина, отправляя ложку с супом ребенку в рот. — Трудовая нужна?

— Черт… Забываю все время, что здесь существует подобный документ… — пробормотал Павел, потирая бороду, и в ответ на удивленный взгляд женщины пояснил. — Это пережитки прошлого. В развитых странах нет никаких трудовых.

— А вы жили за рубежом, да?

— Жил… Половину жизни там оставил…

Мужчина отставил недоеденную тарелку и встал из-за стола. Он был каким-то подавленным и невеселым. Открыл дверцу кухонного шкафчика, достал бутылку коньяка и плеснул в стакан. Он же не алкоголик? Ведь нет?

— Будешь?"

"Женщина отчаянно затрясла головой из стороны в сторону. Она жутко не любила выпивох. Они ее пугали до трясучки. Как-то в детстве Таня отдыхала в селе у бабушки по отцу. По соседству с ними жил местный алкоголик, который, выпивая, частенько поколачивал и жену, и детей. Это произвело такое неизгладимое впечатление на девочку, что она до сих пор обходила пьяных десятой дорогой. Павел пожал плечами, взял свой стакан и направился к выходу. Весь остаток вечера мужчина провел за работой в пустующей спальне, оборудованной под кабинет. А когда оторвался от работы — Таня с сыном давно уже спали. Павел побродил по притихшей квартире, перебрал в голове все задачи на будущую неделю и застыл напротив кровати. Все-таки хорошо, что он не один сейчас. Как-то грело душу сопение этих двоих, по факту — чужих людей… И одиночество не воспринималось так остро. И может, не напрасно все? Вон… Соседям помог. Таня даже улыбаться стала. А ведь только один Бог знает, сколько времени у нее не было повода для радости. И мальчонка смешной такой… Смышленый и некапризный. Как мог родной отец отказаться от собственного сына, да еще и так напакостить его матери напоследок? Такая подлость была выше понимания Павла. За свою семью он бы горы свернул. Даже сейчас, после развода, он не оставил бы Киру в беде. Мужчина потоптался еще немного на пороге и вышел из комнаты.

Глава 8

Таня проснулась посреди ночи. Наверное, она выспалась за дни болезни, потому что сна не было совсем.