Помощница для профессора

Список получался внушительный. И я понимала почему.

Речь шла об оформлении опеки, но все усложнялось не только тем, что оба опекуна были гражданами разных стран, а в России, как и в Британии имелись свои «подводные камни». Так еще и девочка, над которой Елена Романова и мистер Картер собирались оформить опеку была из арабской страны. И не просто — а беженкой из одной в другую, и при этом большую часть года проводила в Канаде.

Для этого дела Исаеву требовалось знать и оперировать столькими законами сразу, что у меня голова шла кругом. Неужели он справится? Я слышала, как в начале разговора Елена сказала, что они уже сотрудничали с несколькими известными юристами Москвы, что дело тянется, но без результатов, а им через месяц уже пора возвращаться в Британию."

"Рома обещал изучить дело и связаться с ней через неделю для окончательного вердикта, возьмется он за это дело или нет. Они поднялись, и я заметила, как мистер Картер с облегчением выдохнул, когда они распрощались, и Елена заговорила с ним на английском.

Взгляды, которыми обменивались влюбленные, резали меня буквально по живому.

— Закажи нам обед в офис, — распорядился Рома, когда клиенты ушли. — Будем работать сегодня без перерывов.

Я кивнула. Даже сама успела забыть о том, какие наполеоновские планы у меня были на сегодняшний день. Рабочая рутина поглотила все.

Обед был быстрый, и я успела сгонять в архив еще трижды, по поручениям Ромы, пока он справлялся с гарниром. Левой рукой Рома с непривычки ел медленнее.

Весь рабочий стол Исаева оказался завален папками и подшитыми делами. Он не успел бы пересмотреть их сам и за две недели, поэтому поручил мне просматривать их вместе с ним и зачитывать моменты, которые, как я считала, могли помочь ему с делом об опеке.

Я устала стоять на каблуках, поэтому позволила себе прислониться бедром к его столу, пока зачитывала ровным голосом кое-какие отрывки. Рома или кивал и просил отложить, или качал головой и просил убрать то или иное дело.

— Садись на край стола, Настя, — бросил он невзначай. — Ты же устала. Скинь эти туфли, уже никто не придет. Ильич тоже уехал.

Я послушалась, спорить уже не хотелось. Скинула обувь и села на край освобожденного письменного стола, закинув ногу на ногу. И продолжила листать дела и зачитывать их вслух для Ромы.

Но я вздрогнула всем тело и сбилась, когда почувствовала его горячие ладони на моих щиколотках.

Рома с задумчивым видом поглаживал подушечками пальцев мои ноги и казался настолько погруженным в свои мысли, что не сразу ответил на мой вопросительный взгляд.

— Продолжай читать, — велел он. — Сосредоточься на деле, Настя. Не сейчас.

Не знаю, что означало это его «не сейчас», потому что он так и не убрал руки, а только поднялся выше. От колен до бедер.