Помнишь ли ты…

Диана поддерживает со своими служащими гораздо более дружеские отношения, чем он — со своими, и при этом нравится своим подчиненным гораздо больше, чем обычно нравятся работодатели. Особенно такие, как Коул.

Коул привык, что к нему относятся с благоговением, страхом, даже скрытой враждебностью, но всегда с уважением и никогда — радушно и искренне, а тем более дерзко. Диана познакомила его с каждым сотрудником каждого отдела, и Коулу пришлось выслушать уйму разнообразных поздравлений, напутствий и комплиментов: от строгих приказов заботиться о Диане до шутливых замечаний, что благодаря разнице в росте он наверняка станет главой семьи, и прозрачных намеков на его физические достоинства. Сначала он был изумлен, а затем счел происходящее забавным. Бойкая двадцатилетняя девица из производственного отдела похвалила его галстук, а прикованный к инвалидному креслу художник поинтересовался, как удается Коулу поддерживать такую великолепную форму. Когда они достигли отдела продаж, еще одна особа так высказалась по поводу телосложения Коула, что тот недоверчиво повернулся к Диане.

— Что она сказала? — шепотом спросил он, Диана опустила голову, скрывая улыбку:

— Что у тебя «классная задница».

— Так я и думал. — Спустя минуту он повернулся к Диане. — Женщине в соседней комнате — та, у которой руки перепачканы краской, — понравился мой галстук. Спасибо, что ты одолжила мне его.

Сегодня утром он выяснил, что захватил с собой только черный галстук для смокинга, а не темно-синий, как ему казалось. Диана отправилась к себе в спальню и вернулась с коробкой.

— Он понравился мне с первого взгляда, — объяснила она. — Вот я и купила его, чтобы подарить… кому-нибудь.

По замешательству Дианы Коул догадался, что этот подарок был предназначен для Пенворта, и хотя галстук оказался немного ярче, чем те, к которым он привык, Коул обрадовался.

— Не одолжила, а подарила, — поправила Диана. — Я покупала его не для Дэна, а просто на всякий случай.

Пресс-конференцию намечалось провести в просторном кабинете Дианы, где уже толпились десятка три репортеров и фотографов. Около двери Диана остановилась и, повернувшись, поправила галстук Коула привычным жестом жены.

— Идеально! — объявила она.

Коул подумал, что это Диана выглядит идеально в лимонно желтом шелковом платье с белым воротничком и широкими белыми манжетами. Заметив нескрываемое восхищение в глазах Коула, Диана сжала его пальцы, когда они вдвоем шагнули в шумную, многолюдную комнату.

Коул сразу же заметил, что около стола Дианы разместились ее бабушка, дедушка, мать и Кори. Это проявление семейной солидарности потрясло и тронуло Коула. В растерянности он прошелся по кабинету, ослепленный вспышками и оглушенный жужжанием камер.