Хозяйка собственного поместья

Замер, стянув шапку, начал комкать ее в руках, явно волнуясь.

— Что случилось? — удивилась я. Только что нормально говорили.

— Настасья Пална, дозвольте, как из города вернемся, к Дуняше посвататься.

— Мое-то дозволение тебе зачем?

— Так как же… У вас же мы оба работаем. Многие господа не любят, когда дворовые девки замуж выходят, выгоняют. — Он помялся, похоже не желая подсказывать мне мотивы для отказа, но все же сказал: — Дескать, дети пойдут, а брюхатая да с младенцем какой работник.

Надо же, ничего не меняется. Только в мое время про декреты и больничные говорили. Впрочем, меня это мало коснулось: врачей вечно не хватает. А вот подруги офисных специальностей нахлебались полной ложкой…

— Если Дуня согласна, то и я не возражаю, — сказала я. Петр просиял, и я добавила: — Но, смотри, обидишь ее или опять запьешь — сама тебя прогоню, а ее оставлю.

— Не запью, Настасья Пална, вот перед Господом клянусь. — Он прижал руку к груди, потом к губам и лбу. — Она, проклятущая, один раз меня чуть до смерти не довела, хватит.

— Ни капли, Петя, иначе нечисть снова за тебя возьмется.

— Понял, Настасья Пална. Спасибо вам за доброту вашу. — Он поклонился. — По осени свадьбу сыграем, если дело сладится.

Я вернулась в кухню. Дуня, которая возилась у печи, глянула на меня и тут же отвернулась. Я помедлила, не зная, как здесь принято. Должно ли сватовство быть сюрпризом для невесты?

— Не томи, касаточка, — сказала Марья. — Про сватов Петька спрашивал?

Значит, можно говорить.

— Разрешила я. Как вернемся, вместе в сундуках посмотрим, что Дуне в приданое дать. Многого не обещаю, но что-нибудь придумаем.

— Да что вы, Настасья Пална, я и так до конца жизни Господа за вас молить…

Девушка осеклась, когда в дверь вошел Виктор. Поклонилась барину, тот кивнул.

— Доброе утро, Настя, — улыбнулся он мне. — Не помешаю?

Несмотря на ранний час, он был чисто выбрит, а когда муж склонился к моей руке, я ощутила аромат парфюма и почувствовала себя золушкой в домашнем платье и с убранными под чепец волосами.

— Пойдемте завтракать. Когда мы выезжаем?

— Как только вы будете готовы и ваши вещи перенесут в повозку. Марья обещала подготовить жаровню, чтобы вам не было холодно в карете.

А Дуня поедет в открытой коляске. Не закоченеет ли?

— Я сейчас принесу завтрак в гостиную."

"Виктор, поняв, что я хочу поговорить с прислугой без него, исчез.

— Марья, дай Дуняше что-нибудь потеплее, чтобы в коляске не замерзла.

— Не волнуйтесь, Настасья Пална, я привычная. Коли озябну, соскочу с телеги да пробегусь, вот и согреюсь.

— Не волнуйся, касаточка, — согласилась с ней Марья. — Яйца я печься поставила, кипяток тоже есть, и фляжек у твоего батюшки предостаточно. Песок нагрела и мешки приготовила, не дадим замерзнуть ни тебе, ни Дуняше. Иди к мужу, завтракайте спокойно.