Ненужная истинная дракона. Хозяйка Солнечного поместья

— Что ты знаешь об… истинности?

Да, я все же прочитала ту книгу. Про истинность. И как бы мне ни было это страшно, непонятно, непривычно… Но все указывает на то, что я истинная пара для Тардена. Только я совсем не понимала, что это значит для меня.

Вард сжимает челюсти так, что желваки ходят, смотрит на меня исподлобья, а потом кивает в сторону своей пристройки, безмолвно предлагая обсудить там.

Я дожидаюсь, когда он распряжет лошадь, и иду за ним. Вард молча ставит на дровяную плиту чайник, умывается и только после этого садится за стол напротив меня.

— Значит, наконец-то поняла? — хмуро спрашивает он.

Я киваю и в то же время пожимаю плечами. Ну как бы… Поняла, но и не поняла в то же время.

— Я надеюсь, что Ар тоже уже допетрил, — тут Вард усмехается. — Да по вам с первого взгляда это было видно!

— Перестань издеваться, — огрызаюсь я. — Я совершенно серьезно. Я человек, он дракон. Как это вообще возможно.

— Значит, ты не человек, — пожимает плечами Вард.

Не человек. Да… Я не человек. И этот голос во мне тому доказательство. Она, или как ее назвал Ринг, Ранна, появлялась за эти дни еще пару раз, отпускала едкие комментарии в сторону моих мыслей, а потом снова затихала.

— Но… Мои родители были…

Людьми. У Адалии они были людьми. Но что, если… Что если представить, что когда-то давно драконицы ушли именно в наш мир. По какой-то причине не смогли проявлять свою вторую сущность, а потом и вовсе драконья кровь совсем смешалась с людской.

Тогда выходит, что кто-то из моих далеких прабабок (не Адалии, а именно моих), была драконицей? И Ранна — это действительно вторая половина моей души, которая смогла проявиться здесь и, быть может, только благодаря драконову дереву, которое принес Ринг.

— Проклятье, Вард! — стучу я ладонями по столу. — Ну неужели ты не мог этого сразу сказать? “Ребят, вы тупите! Вы истинные! Плодитесь и размножайтесь!”

Тут хмурый кучер не сдерживает улыбку, а потом и вовсе начинает хохотать. Пинаю его под столом, но тот, похоже, вообще не замечает.

— Хотел бы я тогда посмотреть на ваши лица, — отсмеявшись, говорит он. — Да вы разве что убить друг друга не хотели. Хотя, может, и хотели. Но на самом деле это нельзя говорить, пока вот тут, — он дотронулся до моей груди напротив сердца, — сами не почувствуете. Истинность идет от сердца.

— Ты так говоришь, будто знаешь…

— Нет, Адалия, не знаю. Не довелось, — как-то горько говорит он. — Но дед мой рассказывал легенды пращуров. Было там что-то такое.

— И поэтому я смогла… — пытаюсь как-то получше сформулировать, но что-то все криво выходит. — Вылечить Тардена?

— Скорее поддержать его силу, но да, — кивает Вард. — Другую бы Ринг уже просто не принял. Так что… Теперь ты знаешь, что его жизнь в твоих руках. Да и… Слабое место ты его.