Поместье для брошенной жены

Кайш? — уточнила она робко.

Чтобы не пугать ребенка, милостиво кивнула, но горничная смотрела на меня, как смотрят верующие на икону. В карих глазах сияла детская вера в чудо.

Мне стало не по себе, и я легонько взяла из ее рук набор с аксессуарами для волос, стараясь вернуть обыденными движениями девочку в реальность.

— Как Саль… вейра Арнош? С ней все в порядке?

— Да, вейра! — девочка, наконец, моргнула и отвлеклась от моего созерцания. — Только проснулась раньше вас на сутки!

— И сколько же проспала вейра Арнош? — уточнила недоуменно.

— Четверо суток, — отрапортовала горничная. — А вы…

А мы пять, надо думать.

Ничего себе стресс меня подкосил. Пять дней, как ни бывало. Волосы у меня на голове тихо зашевелились. Я должна была подписать документы в первые три дня после уведомления о разводе!

Не дожидаясь помощи горничной, натянула домашнее платье и отработанным движением свернула волосы ракушкой.

— Сначала корреспонденция, после ванна, — распорядилась коротко. — Розовое масло и лаванда. Можно добавить шарик вейхи.

Глаз уже успел зацепить золотой поднос с горкой писем на прикроватном столике.

Горничная умчалась готовить ванну, а я отработанным движением, вскрыла первое из писем с гербом Кайшей. Из конверта выпала маленькая черная кнопка, которую я со вздохом вставила в ухо.

Последние дни в Вальтарте набирали популярность звуковые письма, и многие экономили время, записывая информацию на носитель. Берн не был исключением.

«Я сознаю, что ты, должно быть, расстроенна и растеряна перед предстоящим разводом, — голос мужа в наушнике подрагивал от ледяного бешенства. — Но будь любезна, Риш, прими и смирись с ним, предстоящий развод — неоспоримый факт. Твои жалкие попытки проигнорировать подписание документов ничего не изменят. Ты дважды проигнорировала встречу со стряпчим. В случае третьего пропуска развод состоится без твоего присутствия и на моих условиях».

Утренняя мимолетная легкость сразу же ушла. Боль, которую больше не сдерживала дамба из дружеских утешений и любви детей, разлилась в груди ядовитой речкой. Ненависть когда-то родного голоса застала врасплох. Ударила наотмашь.

Вынув дрожащими пальцами наушник, кинула его на поднос, как ядовитую змейку, а после быстро просмотрела остальные письма. Два десятка приглашений на пиршество местных кумушек, сходящихся с ума в провинции от безделья и отсутствия качественных новостей и парочка приглашений на свидания от нечистоплотных дракониров. Такие же сплетники, как кумушки, но вдвое хуже, поскольку способны навредить реально.

От детей писем не было. Пробежав пальцами по отполированным камням браслета, заменявшего в Вальтарте своего рода магический смартфон, я поняла, что в письме указана сегодняшняя дата.