Поменяемся?

 — Я просто постоянно думаю про ваш отдых и что у нас не клеится… Приезжаю мириться, а тут он…

— И даже это не повод, чтобы устраивать потасовку. Рафаэль твой друг, помнишь?

— Давай выйдем, что ли? — Витя оглядывается, будто только что вспомнив о присутствии Леры. — Ненадолго.

С заминкой кивнув, я снимаю с вешалки пальто.

Сердце продолжает нервно колотиться. Никогда бы не подумала, что буду претендовать на лавры Елены, развязавшей Троянскую войну. Роль самой красивой женщины на земле больше Лиане подходит, но никак не мне.

В молчании мы выходим на крыльцо. Сильный порыв ветра треплет волосы, забивая их в рот. Подозреваю, хана моей укладке.

— Я тебя люблю и скучаю. — Нахмурившись, Витя смотрит мне в глаза. — Возвращайся домой. Будем ездить к твоей маме, когда захочешь.

Я разглядываю носы своих туфель. Что еще нужно для примирения? Любит, скучает, будет ездить к маме. Можно воспользоваться ситуацией и взять с него обещание дважды в неделю пылесосить. Умная женщина бы ещё и модный фен под шумок выпросила.

— Я пока не готова… — я медленно поднимаю глаза. — Хочу побыть с собой наедине и понять…

— Стоит ли выходить за меня замуж?

От неожиданного вопроса подмышками начинает колоть, а щеки заливает густой румянец стыда.

— С Рафаэлем? Нет… разумеется, нет.

— Но это не значит, что он не хотел, — сухо замечает Витя. — Я не идиот, Агния. Вы жили в одном номере, потом уехала, он вернулся за тобой следом. Теперь он таскается к тебе на работу. Это же Рафа. Он не будет совершать столько лишних телодвижений без причины.

— Рафаэлю нужен проект, — тихо, но твердо произношу я. — Почему ты так уверен, что он во мне заинтересован и у нас что-то было? Ты две недели жил в соседней комнате от Лианы после того, как вы договорились о поездке у меня за спиной. Мне тоже нужно начать тебя подозревать?

— Я могу поклясться чем угодно, что с Лианой у меня ничего не было, — чеканит Витя, глядя мне в глаза.

Навязчивая мысль о вероятности их интрижки, которую я старательно от себя отодвигала, в ту же секунду летит в тартарары. Нет, Витя бы не стал. Они оба не стали бы.

— Дай мне еще пару дней. Мне нужно ещё раз обо всем подумать.

— Хорошо, — произносит Витя спустя долгую паузу. — И помни, что я по-прежнему хочу на тебе жениться.

Кивнув, я вымучиваю из себя улыбку. Осталось спросить себя, готова ли я продолжить собирать его носки и дважды в год отдыхать в Турции.

Моё обещание взять пару дней на раздумья оказалось ложью.

Я живу у мамы почти неделю, а идею вернуться к ежедневной чистке авгиевых конюшен и сну в двуспальной кровати пока всячески отметаю. Пусть это незрело и по-детски, но я до сих пор не знаю, как быть. Словно обнаружила, что любимые джинсы слишком врезаются в задницу и поджимают бока, а выкинуть — рука не поднимается.