Поменяемся?

Спустя пару минут Яша, глядящий на нас с поистине суеверным ужасом, приносит два лонг-дринка. С появлением коктейлей напряжение в воздухе ослабевает, настраивая нас на привычную расслабленную волну.

В своём состоянии мне не составляет труда объяснить случившееся: наша двухминутная шалость с языками — взаимная благодарность за классный вечер, не более того.

— Иди потанцуй, — говорит Рафаэль, бросая взгляд на танцпол, где продолжает кипеть жизнь. — А то мне нужен перерыв от алкоголя.

— Думаешь, что пара часов настолько меня потрепали, что больше никто не позарится? — игриво подначиваю я.

— Я здесь и всегда на стреме, — Рафаэль задерживается на мне взглядом. — Любому похотливому грачу надаю по жопе.

Трезво оценив свои танцевальные ресурсы, я отрицательно качаю головой.

— Мне очень льстит твоя забота, но я пас. Предлагаю допить это и разъехаться по домам. Ой! Разъезжаться нам некуда, так как мы живём вместе. — Эта шутка кажется невероятно смешной, и я хохочу, прикрывая рот рукой.

— Я уже боялся, что ты не предложишь, — с явным облегчением произносит Рафаэль. — Ещё полчаса, и это тебе бы пришлось выносить меня отсюда.

Я отвешиваю шутливый поклон.

Спустя минут десять мы выходим из клуба. Если до этого момента я считала себя абсолютно трезвой, то сейчас меня ведёт в сторону, а ноги странно заплетаются.

— Осторожнее, пьяная дюймовочка! — Рафаэль ловит меня за локоть, не позволяя врезаться в припаркованное такси.

— Вы такой милый, мистер Крот, — иронизирую я, опираясь о его плечо.

Держаться за Рафаэля приятно: на улице дубак, а он тёплый, как печка. Теперь можно расслабиться: даже если я потеряю сознание на фоне алкогольной интоксикации, Рафа сумеет дотащить меня до отеля.

До машины мы идём в обнимку. Точнее, идёт Рафаэль, а я болтаюсь на его руке, как крошечный брелок.

— Эй, ребят, а вы в какую сторону едете? — догоняет нас знакомый голос.

Рафаэль чертыхается.

— Просветлённые халявщики натрескались винограда и вышли автостопить.

— А ты, кстати, не хочешь массаж? — сощурившись, я беру его лицо в фокус. — Мне никогда не делали тантрический. Федя может.

— Как протрезвеешь — наведайся к ним в палатку, — ворчит он, продолжая волочить меня вперёд. — В номер их пускать опасно. Эти гуру успеха вынесут всё, включая туалетную бумагу.

И, обернувшись, оглушительно гаркает:

— Нам в другую сторону!

Упав на задний диван такси, я приглушённо шиплю. Подол платья задирается, и мою голую задницу обжигает ледяная кожа сиденья.

— Парень, включи потеплее, — распоряжается Рафаэль, усаживаясь рядом. — Замёрзла? — Он находит мою ладонь и накрывает её своей тёплой, уютной лапищей.

— Уже лучше, — довольно бормочу я, сплетая наши пальцы.

В этой позе мы едем до самого отеля.