Горькая полынь моей памяти

А она-то навоображала себе, за долю секунды такого придумала, что самой стыдно.

Равиль терпеливо ждал, когда Карима произнесёт хотя бы звук, согласится или откажется, а девушка в это время старалась сильно не краснеть. От природы рыжеватые волосы, бледная кожа, близкие сосуды – давали сомнительный эффект. Она краснела почти от всего: волнения, страха, смеха.

Мама говорила, что с возрастом это пройдёт. Может и пройдёт, мама тоже бледная, а не краснеет. Только ждать двадцать лет совсем не хотелось, лучше сейчас не рдеть под взглядом мужчины. Почему он на неё смотрит? Рядом снежная баба – Алсу с Назаром слепили, пусть на неё смотрит. Морковка вон… и ведро на голове.

– Эй? – вернул из мира снежных морковок, то есть снеговиков, Равиль.

– Поедем, – выдавила из себя Карима.

– Тебе много уроков задали?

– Не слишком. – На самом деле много, очень много, но она ни за что не признается, лучше всю ночь будет готовиться, чем откажется от предложения Юнусова Равиля.

– Пойду, отпрошу тебя у мамы, – Равиль встал, отряхнул с плеча упавший с ветки снег и скрылся за дверью.

Пока Карима промаргивалась и соображала, что на ней, вообще-то, школьная форма, а её, кажется, пригласили на свидание, Равиль появился на пороге, следом вышла мама и сказала, что дочка, конечно, может провести время с Равилем. Совсем немного, часа полтора, максимум два, и папа в курсе.

Что делать прямо сейчас? Развернуться и пойти за Равилем? Рвануть переодеваться? А если переодеваться, то во что? Что-то нарядное? Или скромное? И надо же накраситься! Она бледная, как пожухлая поганка, синяки под глазами, лохматая – настоящее чудовище. Зачем она согласилась?! Одни переживания! А мама, почему отпустила? И папа…

– Поехали, – Равиль взял Кариму за руку. Перехватив рюкзак с учебниками, поставил его на порог. Мама тут же забрала и скрылась за дверью, напоследок мазнув взглядом по парочке.

В машине Карима старалась не смотреть на Равиля, даже дышала через раз. Сидела, как с колом в позвоночнике, смотрела в окно на собственное размытое, трёхмерное, с потёками таявшего снега отражение.

Пришла в себя, когда мелькнула знакомая вывеска. На ярком, красном фоне, жёлтая буква «М». Макдональдс? Равиль привёз её в Макдональдс? Ничего себе свидание… Такой разочарованной Карима не чувствовала себя никогда в жизни. Глупая, намечтала, придумала, а он в мак-авто привёз, даже есть будут в машине, а не за столиками.

– Что будешь? – это было первое, что произнёс Равиль с момента, как сказал во дворе дома «поехали».

– Биг Мак, картофель по-деревенски, сырный соус, пепси и Макфлури, – автоматически ответила Карима.

– Не лопнешь? – усмехнулся мужчина и скользнул взглядом по Кариме.