Солнце полуночи

Раньше я никак не мог понять, как Карлайлу это удается – не замечать крови пациентов, чтобы лечить их. Не может быть, чтобы этот постоянный соблазн не отвлекал его и не подвергал опасности. Но теперь… мне стало ясно: стоит только сосредоточиться на чем-нибудь по-настоящему, соблазн перестает действовать.

Даже свежая кровь Тайлера, оказавшаяся на самом виду, не шла ни в какое сравнение с кровью Беллы.

Сохраняя дистанцию между нею и мной, я присел на кровать в ногах Тайлера.

– Ну, каков вердикт? – спросил я у нее.

Она чуть выпятила нижнюю губу.

– Все хорошо, а они меня не отпускают. А тебя почему не привязали к носилкам?

Ее нетерпеливость вновь вызвала у меня улыбку.

Я слышал, что Карлайл уже в коридоре.

– Меня здесь знают, – беззаботно объяснил я. – Не бойся, я пришел освободить тебя.

Пока мой отец входил в палату, я наблюдал за реакцией Беллы. Ее глаза округлились, рот удивленно приоткрылся. Я внутренне застонал. Да, она несомненно заметила сходство.

– Итак, мисс Свон, как вы себя чувствуете? – спросил Карлайл. Благодаря своему удивительному умению находить подход к пациентам ему моментально удавалось расположить их к себе. Но как оно подействовало на Беллу, я так и не понял.

– Замечательно, – негромко ответила она.

Карлайл прицепил ее снимки к световому щиту у койки.

– Снимки хорошие. Голова не болит? Эдвард сказал, что вы сильно ударились головой.

Она вздохнула и повторила, что «с головой все замечательно», на этот раз в голосе проскользнуло раздражение. В мою сторону она бросила сердитый взгляд.

Карлайл шагнул к ней и осторожно прощупывал череп, пока не обнаружил шишку под волосами.

Эмоции обрушились на меня лавиной и застали меня врасплох."

"Я тысячи раз видел, как Карлайл работает с людьми. Много лет назад я даже неофициально ассистировал ему – правда, лишь в тех случаях, когда не приходилось иметь дело с кровью. Поэтому для меня было не в новинку наблюдать, как он общается с пациентами, словно он такой же человек, как и они. Много раз я завидовал его самообладанию, но нынешние эмоции были совсем другими. Я завидовал не только его умению владеть собой. Почти физическую боль вызывала разница между Карлайлом и мной, его способность прикасаться к ней так бережно, без страха, и твердо знать, что он ни в коем случае не причинит ей вред.

Она поморщилась, я вздрогнул. Пришлось сосредоточиться, чтобы вновь принять непринужденную позу.

– Болит? – спросил Карлайл.

Она чуть заметно вскинула голову.

– Почти нет.

Еще одна деталь из головоломки ее характера встала на свое место: она смелая. И не любит показывать слабость.

Пожалуй, более уязвимого существа я не видел за всю свою жизнь, а она не желала казаться слабой. Я невольно усмехнулся.