Солнце полуночи

Сделано было все возможное. И теперь оставалось лишь ждать.

Период затишья тянулся бесконечно, во время него мало что могло привлечь мое внимание. Я сообщал последние известия Эсме. Элис вернулась, но сразу же ушла, заметив, что мне лучше побыть одному. Сквозь обращенные на восток окна я смотрел на оживленное шоссе и пару невзрачных небоскребов. И прислушивался к ровному биению сердца Беллы, чтобы не сойти с ума.

Но несколько разговоров, состоявшихся в тот день, все же имели для меня значение.

Собираясь снова позвонить Чарли, Карлайл зашел в палату к Белле. Он знал, что я тоже хочу послушать.

– Алло, Чарли.

– Карлайл? Что-то случилось?

– Ей перелили кровь и сделали МРТ. Пока все выглядит отлично. Внутренних травм, которые мы могли упустить, у нее нет.

– Можно мне поговорить с ней?

– Ее пока держат на седативных препаратах. Это совершенно нормальная практика: находись она в сознании, ей было бы слишком больно. – Я поморщился, а Карлайл продолжал: – Ей потребуется несколько дней отдыха и восстановления.

– А с ней точно все в порядке?

– Уверяю вас, Чарли. Если появятся хоть какие-нибудь причины для беспокойства, я сразу же сообщу вам. Но с ней все будет хорошо. Какое-то время ей придется походить на костылях, но в остальном она вернется к обычной жизни.

– Спасибо, Карлайл. Как я рад, что вы оказались поблизости.

– Я тоже.

– Понимаю, из-за этой истории вы задержались…

– Даже говорить об этом не вздумайте, Чарли. Я только рад побыть с Беллой до тех пор, пока она не будет готова вернуться домой.

– Честно говоря, так я чувствую себя гораздо спокойнее. А… а Эдвард тоже останется? В смысле, как же быть со школой, и так далее?..

– Он уже беседовал с учителями, – сказал Карлайл, хотя на самом деле школьные дела должна была уладить Элис, – и ему разрешили заниматься дистанционно. Он следит и за заданиями для Беллы, хотя я не сомневаюсь, что учителя дадут ей поблажку. – Карлайл слегка понизил голос: – Знаете, он ведь буквально сам не свой из-за случившегося.

– Не уверен, что понимаю. Он ведь, в смысле, Эдвард, уговорил вас на поездку в такую даль, в Финикс?

– Да. Когда Белла уехала, он страшно встревожился. Считал, что это его вина. И думал, что обязан загладить ее."

"– Так что же все-таки стряслось? – спросил Чарли озадаченно. – Только что было все нормально, и вдруг Белла кричит, что ваш парень ей нравится, в том-то и дело, а потом уезжает среди ночи! Вы от своего добились хоть сколько-нибудь внятных объяснений?

– Да, по дороге сюда мы успели все обсудить. Насколько я понимаю, Эдвард признался Белле, как она дорога ему. Он говорил, что поначалу она казалась счастливой, а потом что-то явно начало мучить ее. Она забеспокоилась и захотела домой.