Корона полуночи

— Конечно, это не астерионский жеребец, но…

Селена толкнула дверь и отошла, пропуская Шаола.

Ошеломленный, он молча вошел.

Селена приложила немало стараний и фантазии, продумывая украшение этой комнаты. Даже при свете дня здесь было очень красиво. Но вечером… вечером все выглядело именно так, как она и представляла.

Хозяева аптеки были большими любителями растений. На самой крыше они устроили оранжерею. Помимо целебных трав, там росли цветы (включая и очень редкие), а также фруктовые деревья в кадках. Украшенная Селеной комната служила для хозяйственных нужд и имела две стеклянные стены. На фруктовых деревьях горели маленькие фонарики. Как в саду из древней легенды. Из двух окон открывался вид на реку Авери. Воздух был теплым и слегка терпким. Посредине комнаты стоял столик, накрытый на двоих.

Шаол молча оглядел эту сказку наяву и только тогда нарушил молчание:

— Совсем как в песне Раэны Златоголосой. Сад женщин народа фэ.

В его золотистых глазах светилась радость.

— У меня нет возможностей принца, — глотая слюну, пробормотала Селена.

— Мне никто и никогда не устраивал такого празднества, — признался Шаол, продолжая разглядывать оранжерею за прозрачной стеной. — Никто.

— Это всего лишь обед, — сказала Селена, проходя к столу.

Ее отчаянно тянуло обнять Шаола. Хорошо, что их будет разделять пространство стола.

Шаол тоже подошел к столу. Появившиеся слуги выдвинули им стулья. Рука капитана привычно легла на эфес меча, но, увидев, что никто не устроил ему засаду, он смущенно улыбнулся и сел."

"Им налили по бокалу искрящегося вина. Слуги поспешили за угощением, которое сегодня весь день готовилось на скромной кухне владельцев аптеки. Селена наняла повариху из «Ив». Та заломила такую плату, что Селене захотелось свернуть поварихе шею. Но, подумав, она согласилась. Шаол этого стоил.

— За тебя, Шаол, — сказала Селена, поднимая бокал.

Она приготовила маленькую речь, однако, придя сюда и увидев его блестящие глаза… а еще вспомнив, как он смотрел на нее в ту ночь… она начисто все позабыла.

Шаол чокнулся с нею:

— Пока не забыл. Спасибо тебе. Это…

Он оглянулся на расцвеченную огоньками оранжерею, потом бросил взгляд на крыши домов и темную реку.

— Это…

Шаол мотнул головой, поставил бокал и моргнул.

Селена успела заметить серебристые капельки в его глазах. У нее сжалось сердце. Он снова моргнул и улыбнулся:

— Я уже и забыл, когда в последний раз мне устраивали торжество. Только в детстве.

— Не такое это и торжество, — попыталась возразить Селена, ощущая тяжесть в груди.

— Не принижай своего подарка. Такого мне еще никто не дарил.

Откинувшись на спинку стула, Селена смотрела, как слуги раскладывают по тарелкам первое блюдо — жаркое из дикого кабана.