Платье цвета полуночи

Позади неё стояла ведьма: да, со всей определённостью ведьма, и притом весьма опытная.

— Очень хорошо, — одобрительно заметил голос. — Очень, очень хорошо, барышня. Я тебя, конечно же, всё равно вижу, потому что я-то наблюдала крайне внимательно. Ну надо же, и впрямь настоящая.

— Я сейчас обернусь, чтоб вы знали, — предупредила Тиффани.

— Не помню, чтобы я тебе это запрещала, милочка.

Тиффани развернулась и оказалась лицом к лицу с ведьмой из ночных кошмаров: потрёпанная шляпа, поросший бородавками нос, руки-когти, почерневшие зубы и — Тиффани опустила глаза — да, конечно, здоровенные чёрные сапожищи. Не нужно было изучать каталог «Боффо» от корки до корки, чтобы понять: собеседница пустила в ход все аксессуары из набора «Ведьма На Скорую Руку» («Ведь вы ни на что не годны!»)*.

— Думаю, мы продолжим разговор у меня в мастерской, — предложила кошмарная ведьма, проваливаясь сквозь пол. — Просто встань на крышку люка, когда она снова поднимется, ладно? Дерек, свари нам кофе!

Очутившись в подвальном этаже — люк сработал на удивление гладко, — Тиффани увидела ровно то, что ожидаешь увидеть в мастерской компании, изготавливающей всё необходимое для ведьмы, которая поняла, что немножко боффо в жизни не помешает. На верёвке висели целые ряды довольно жутких ведьминских масок, на скамейках громоздились яркие пузырьки и бутылочки, на стеллажах сохли бородавки, и разные завывающие штуки говорили «уууу» в огромном котле у очага. Котёл тоже выглядел как надо[22]."

"Кошмарная ведьма трудилась над чем-то на верстаке; слышалось мерзкое хихиканье. Ведьма обернулась, держа в руках квадратную деревянную коробочку, из-под крышки которой свисал шнурок.

— Первоклассное хихиканье, ты не находишь? А всего-то и надо, что нитка, да немного канифоли, да отражатель звука, потому что, если честно, хихиканье — дело очень утомительное, правда? Наверное, я смогу и заводную игрушку сделать. Когда оценишь шутку, дай мне знать.

— Вы кто? — выпалила Тиффани.

Ведьма отложила коробочку на верстак.

— Вот те на, — охнула она, — где ж мои хорошие манеры?

— Прямо не знаю, — съязвила Тиффани, которой всё это начинало слегка действовать на нервы. — Наверное, завод кончился.

Ведьма ухмыльнулась, оскалив почерневшие зубы.

— А, ехидничаем! Ценное умение для ведьмы, главное — не перегибать палку. — Она протянула когтистую лапу. — Госпожа Пруст.

К вящему удивлению Тиффани, лапа оказалась не такой уж и липкой.

— Тиффани Болен, — представилась девушка. — Как поживаете? — И чувствуя, что от неё ждут чего-то ещё, добавила: — Я прежде работала у госпожи Вероломны.

— Да-да, очень талантливая ведьма, — похвалила госпожа Пруст. — И хорошая покупательница. Её интересовали главным образом бородавки и черепа, как я припоминаю.