Академия Полуночи

— Слабая, но гордая… как же в тебе много каждого из этих качеств.

— У северян такая традиция — указывать собеседникам на их недостатки?

— У северян традиция не позволять уходить от ответа… Лэйни.

Чуть раскатистое произношение, присущее лишь выросшим среди снегов колдунам, заставило мое имя зазвучать совершенно по-особенному. Мягко, тягуче, словно теплая карамель.

— Так что тебя напугало?

— Вы, артиэлл.

Черная бровь вопросительно изогнулась.

— И чем же именно?

Я не спешила с ответом. Всматривалась в прищуренные глаза и пыталась решить: спросить? не спросить? Я не хотела теряться в догадках, не желала позволять еще одному страху пустить корни в моей душе, но при этом опасалась вызвать гнев бестактным вопросом.

Хэйден видел мои сомнения — это читалось во взгляде, в кривоватой ухмылке, в каждой черточке его лица. Видел, но явно не спешил помочь их развеять. Он давал мне возможность принять решение самой, словно желал узнать, какое из чувств во мне сильнее: любопытство или осторожность.

Наконец, когда воздух между нами уплотнился и едва ли не пружинил, я сделала выбор. Выдохнула, будто бросаясь в пропасть, и произнесла:

— Скажите, артиэлл, вы действительно убили халцедоновую ведьму?

Уголок жестких губ приподнялся. Вот только ухмылка, исказившая красивое лицо, вышла колючей, опасной. Почти такой же, каким был и взгляд, пригвождающий меня к месту.

— Уверена, что хочешь узнать ответ? — произнес Хэйден, шевеля дыханием мои волосы. — Готова рискнуть, маленькая халцедона?

В груди царапалось беспокойство. Задевало сердце, словно ветка старого тополя — окно моей комнаты в поместье Мак-Моров.

— Дразнить необязательно, артиэлл.

— Необязательно, — согласился он, — но приятно.

Хэйден стоял так близко, что я вновь ощутила его запах — можжевельника и озоновой свежести. Неосознанно вдохнула глубже, щекоча нос ароматами, и подалась вперед.

Колдун прищурился.

— Тебе тоже необязательно дразнить меня, Лэйни.

Он высок, выше меня. Но если встать на носочки, если ухватиться за китель и потянуть его на себя, если заставить нагнуться… Как тогда, у трапезной.

— Кто рассказал тебе? — его голос прозвучал раскатисто, с едва уловимой хрипотцой. — Шантар?

— Нет.

— Тогда кто?

— Неважно. Вы не отвечаете на мои вопросы, артиэлл, поэтому не ждите ответов на собственные.

Хэйден хмыкнул и склонился еще ниже — так, что между нашими носами осталось не больше пяти сантиметров.

— Ты ищешь ответы на опасные вопросы. Возможно, слишком опасные для белой халцедоны. Подумай хорошенько, Лэйни, нужны ли они тебе? Нет, не отвечай сейчас, не торопись, — качнул он головой. — Но если поймешь, что готова рискнуть, приходи. Я расскажу тебе свои тайны… в обмен на твои.