Академия Полуночи

 — Вот кто моя невеста. Ты видела ее… тогда, у трапезной.

Я кивнула.

— Красивая.

— Да, красивая. А еще сильная, с безупречными манерами, из древнего рода — на первый взгляд идеальная… Но только на первый взгляд, — его губы искривились в усмешке. — Едва отец сообщил, что род выбрал ее мне в невесты, я начал наводить справки. Все же интересно, с кем предстоит связать судьбу. Мак-Моры — один из древнейших ведьминых домов. Его женщины зачастую брали в мужья более слабых колдунов, чтобы обеспечить рождение дочерей. Сильных дочерей, наследующих материнскую кровь. Ничего особенного, — он пожал плечами. — Но только Шантары — нефриты. И наша тьма не уступает их. Напротив, в чем-то даже превосходит. Так зачем бы ведьминому дому отдавать наследницу за того, кто подарит ей лишь сыновей?

Я нахмурилась, не сводя с него внимательного взгляда."

"— Мойре прочат место в Совете Ночи, — продолжил Арден. — Но позиции Мак-Моров пошатнулись. Все началось с младшей дочери, чье тело оказалось слишком слабым для щедрого дара Полуночной Матери.

— Но ведь щедрый дар — это хорошо…

— Только если его носитель достаточно крепок. К той дочери никого не допускают, и остается лишь гадать: тьма ее так подкосила или она родилась немощной? Но главная проблема не в ней. Гораздо более сильный удар по роду Мак-Мора нанес Эварик, решив покинуть его десять лет назад…

Слова Ардена отозвались в моей груди ноющей болью.

Отец ушел из-за меня. Из-за моей слабости. Ригге как-то сказала, что Полуночная Матерь не наградила Эварика тьмой, но щедро одарила тщеславием. Мойрой отец гордился, светился так, будто это его собственная тьма оказалась столь упоительно мощной. Я же стала его позором. После проявления отец ни разу не взглянул меня, морщился, стоило ему заслышать мой голос, и гнал прочь. А всего через несколько месяцев ушел сам.

— Где-то спустя полгода он погиб, — продолжил Арден, не догадываясь о тяжелых мыслях, захлестнувших меня гигантской волной. — Тогда решили, что он не справился с новым проклятием, над которым, по слухам, работал. Но тебе не кажется это странным? Изумруд, способный создать мощное, не оставляющее следов проклятие? На его теле нашли лишь черную вязь у горла. Никакого шлейфа, никаких реакций на артефактах… Не верю, что он погиб случайно! Скорее уж Мак-Моры избавились от неугодного. Род должен оставаться целостным, особенно древний. Уверен, Эварику не простили отступничества.

Перед глазами заплясали темные пятна.

Я помню тот день — мой седьмой день рождения. Лангария вызвала нас с Мойрой в гостиную и сухо сообщила, что отныне отца у нас нет. Помню, как мы с сестрой непонимающе переглянулись и как я осмелилась спросить о постигшей его судьбе. Матушка не ответила — только недовольно поджала губы.