Язва на полставки

Оно и понятно, вряд ли братику понравится, что его друг надумал поиметь его же сестру.

— Нет. Я сам позже с ним поговорю.

— О чём?

— О нас.

— А что по нам?

— Скоро узнаешь.

Хм… ладно.

— Тогда может расскажешь, куда мы едем так поздно?

— Скоро узнаешь.

Скоро узнаю. Что ж. Скоро так скоро. Лишь бы не в лес вёз. Надеюсь, у него там в багажнике лопата не спрятана.

Не. Вроде не в лес. Невский проспект оказывается позади. Проезжаем по Троицкому мосту и сворачиваем на Петровскую набережную, после чего недолго петляем между домами, пока не оказываемся возле очередной арки, запертой на тяжёлые железные ворота. Ненадолго запертой.

Оказываемся в закрытом внутреннем дворике жилого дома, выстроенного кривой геометрической формой. Машина паркуется под натыканными на стене кондиционерами. Глушит движок.

— И куда мы приехали? — чё-то боязно. На дворе ночь, а меня затащили в подворотню. В лесу хоть красиво. Полянка там, зайчики, совушки, белочки.

— Сказал же, скоро узнаешь. Вылезай. И куртку мою прихвати.

Без особой охоты подчиняюсь. Подходим к подъезду. Самому обычному, едва ли отличающемуся от нашего: старая дверь, просевший козырёк, огрызки от сорванных объявлений на доске информации. Внутри всё однотонного песочного оттенка.

Открытая шахта лифта обнесена сеткой и запасной решёткой. Старый скрипучий ворчун неохотно спускается на вызов, грохотом, наверняка, будя местных. Лязгает, жесть. И тросы его смотрятся так ненадёжно, что удивительно, как они ещё не оборвались.

Заходим внутрь и Демьян нажимает кнопку последнего, шестого этажа."

"— Вздумаешь привязать меня к батарее, буду вопить, долбиться об неё головой и звать на помощь, — на всякий случай предупреждаю, получая в ответ удручённый взгляд из разряда: слушай, родная, давай сходим к психиатру? Чисто провериться.

Молча поднимаемся и молча выходим. На лестничной клетке две предбанные двери и короткий ступенчатый пролёт к чердачному помещению. Куда мы и направляемся. Вот теперь до меня начинает доходить…

Звякает навесной амбарный замок.

— Осторожно, — меня пропускают вперед. — Там низко, не ударься головой.

Низко — мягко сказано. Если мне приходится прогибаться, чтоб не шандарахнуться об торчащие трубы, залепленными утеплителем, что говорить о Дёме. Он вообще еле пробирается вперед. Неуютно. Грязно. Затхло. Монтажная пена повсюду. Плесень. Паутина в некоторых местах. Пахнет залежавшейся одеждой.

Деревянный настил под ногами давно отсырел. Спасибо крыс под ногами не бегает.

— Налево. Крюк не зацепи. Тормози, — продолжают командовать за моей спиной.

Конечно, торможу. А куда я денусь? Во-первых, утыкаюсь в очередной запертый люк и хлипкого вида проржавевшую лесенку, ведущую к нему. Но здесь уже хоть можно стоять в полный рост.