Полозов. Дыхание пепла. Том 1

Присутствовали, само собой, Державины, как организаторы всего этого действа, два представителя рода Полозовых, один из которых являлся виновником торжества, и супружеская чета Некрасовых, с детьми, примерно его возраста, с которыми у Пети были не совсем хорошие отношения. И если с Александром Некрасовым он хоть как-то ладил, то его сестра Петю на дух не переносила, считая безвольным тюфяком, который не способен выделиться ничем.

И до сегодняшнего дня Полозову было удобно поддерживать её мнение в таком состоянии, как и мнения остальных детей аристократов.

В среде аристо считается нормальным не разделять приёмы на детские и взрослые. Дворянские дети с самого раннего возраста получают соответствующее образование, позволяющее им как можно быстрее влиться в дела Рода и приносить посильную возрасту помощь.

Вы спросите, чем может помочь Роду пятилетний ребёнок, который в полной мере не может оценить все расклады и тонкости взаимоотношений в среде аристо?

Вы даже не представляете, что может поведать родителям дитя с цепкой памятью, взахлёб рассказывая, как оно играло с другими детьми, если ему задавать правильные вопросы. А вопросы аристо задавать умели.

Ни один Род не держал нахлебников. Каждый его член обязан был приносить пользу семье. И чем старше становился член Рода, тем больше обязанностей на него возлагалось. Это было вполне нормальной практикой.

— Попрошу минуточку внимания, — зычный голос Демьяна Остаповича заставил зал постепенно замолчать. Через несколько секунд стихли даже шепотки. — Пётр! — он поманил Полозова рукой. — Подойди, пожалуйста сюда.

Огибая гостей, которые с любопытством и предвкушением смотрели на именинника, Пётр направился к дяде.

Приобняв парня за плечо, Державин приосанился, с гордостью смотря на парня.

— Мой дорогой племянник, — он приподнял хрустальный бокал с искристым содержимым. — Этот день, поистине знаменательный. День твоего первого совершеннолетия. — Минуточку, — улыбнулся Демьян Остапович, когда его речь была прервана раздавшимися аплодисментами. — Дайте же договорить, — он шутливо нахмурил брови, но никого не смог обмануть напускной сердитостью.

Пётр слишком хорошо знал своего дядюшку, чтобы понимать: Державин сейчас находился в благостном расположении духа. Как впрочем и всегда, после пары-тройки бокалов игристого.

— С моей стороны, не будет зазорным признать, что я выдержал серьёзный бой, когда грудью отстаивал твой подарок, Пётр, — он покосился на свою супругу — Ольгу Радиславовну Державину, которая старательно сдерживала улыбку. — Ох, как же я дрался! Это была неравная битва! — он сделал большой глоток из фужера. — Но, я всё-таки победил, мой дорогой племянник.