Особое положение

Синие глаза теперь не напоминали весенние цветы или бездонное небо. Скорее, их можно было сравнить с самым холодным льдом на далеком Севере.

Я бросил быстрый взгляд на Борка и Эрика. Эти двое ее друзья, уже понял. К тому же догадывался, что оба неравнодушны к золотоволосой принцессе.

Борк и Эрик стояли по обе стороны от Эсфер. Не такие напряженные, но и не добрые. Так ждут того, с кем остаешься в нормальных отношениях, но не доверяешь.

– Нам надо о чем-то беспокоиться? – тихо спросил я у Эсфер.

– Нет, – ответила она коротко. – Я же сказала – все в порядке."

"Первым спешился высокий светловолосый всадник. Он превосходил почти всех ростом и статью. Такие девушкам нравятся. Я чуть склонил голову к плечу, когда он раскинул руки и шагнул прямо к Эсфер. Точно собирался обнять ее. Хм, не боится, что ему руки отгрызут?

– Эсфер, дорогая! Рад тебя видеть.

– Олаф. – Ледяная вежливость, от которой птицы на лету замерзают. – Мы проездом в ваших землях. Как здоровье твоего отца? Как мать?

– Все хорошо, Эсфер. Ирбисы движутся на запад. Отец в порядке, как и мать. Наши земли открыты для наранцев, можете оставаться здесь, чтобы поправить силы. Далеко путь держите? Я давно тебя не видел.

Принцесса почему-то коснулась пальцами места под своей левой грудью, у ребер. Голос оставался таким же ровным.

– Много дел, Олаф. Тебе ли, как наследнику ирбисов, этого не знать. Спасибо за теплые слова. Мы остановимся на ночь, чтобы дать аквиллам и лошадям отдых.

– В часе езды отсюда есть озеро. Мы направлялись туда, когда Уна вас почуяла.

– Она молодец, – теперь Эсфер говорила с нежностью.

Так, Уна – это ирбис. Огромный зверь с белоснежно-серебристой шкурой, под которой перекатываются стальные мышцы. Огромная морда, сияющие зеленые глаза и уши с кисточками. Великолепный зверь! Я знал, что отец не прочь завести такого во дворце. Но ирбисы не лучшие соседи для аханы.

Уна так и ластилась к Эсфер, урчала басом и терлась ушами о бедро принцессы. Та почесала ей мощную шею.

– Она стала еще красивее.

– И еще быстрее, – заверил Олаф. – Принимаете наше приглашение?

Сверху донесся ор Конора. Мой дорогой ахана сообщал, что вот прямо сейчас порвет ирбиса, если тот посмеет на меня зашипеть. А еще говорил, что чует воду. Как раз в том направлении, куда указал Олаф. Этот как раз вскинул голову, и я понял, что он узнал ахану.

– Эти птицы не приручаются, – протянул он задумчиво. – Если только ты не из правящего рода Игенборга.

Мы встретились взглядами, и улыбка Олафа стала еще шире.

«Еще немного, и он себе лицо ею порвет», – подумалось мне.

– Принц Ясарат, прошу прощения, не признал вас вне дворца.

– Я не стремлюсь к известности, – заверил его.