Полный трындец, или Феникса вызывали?

— Бытовой? — в груди разочарованно ёкнуло сердце.

Старик хитро прищурился:

— А ты что-то другое хотела?

— Ну… не знаю… — задумалась.

— А чувствуешь что?

В тот момент я не могла объяснить, что чувствую. Может, потому, что сама не знала, как это назвать. Но у меня было стойкое ощущение, что бытовая магия — это не то, что мне нужно. Внутри меня что-то бурлило, кипело, будто смола в закрытом котле. И это что-то требовало выхода.

Поддаваясь интуиции, я прикрыла глаза и увидела это. Огромный огненный шар, полыхающий яркими всполохами. Из него, точно протуберанцы из солнца, вырывались языки пламени. Они тянулись ко мне, пытались лизнуть.

Не отдавая себе отчета, я протянула руку к этому шару. И один из протуберанцев прошел сквозь мою ладонь.

Я рефлекторно отпрянула. Распахнула глаза и схватила пострадавшую руку здоровой. Уже собралась завизжать, как вдруг поняла, что нет никакого ожога.

Ни малейшего покраснения или боли.

— Что это? — пробормотала, оглядывая конечность.

— Увидела? — хмыкнул Марциус. — Это твоя новая сущность. Новая ты. А теперь идем, некогда рассиживаться. Дела сами себя не сделают.

Пребывая в легком шоке, я последовала за ним.

* * *Стоило выйти из домика, и меня охватил запоздалый страх. Я вспомнила, с каким трудом карабкалась сюда два дня назад. И как чуть не сорвалась. А потом поняла, что повторить этот подвиг вряд ли смогу, разве что за мной будут гнаться местные чудовища с сумасшедшими принцами во главе.

Но Марциус — большое спасибо ему! — не стал проверять мои навыки по спуску с горы, а сразу перенес меня вниз.

Пока я облегченно вздыхала и приводила в порядок колотящееся сердце, он сказал, что нам нужно добраться до ближайшей деревни, а идти до нее целый день. И что не стоит терять время даром, иначе не успеем попасть туда до заката. В деревне останемся на ночлег, а уже поутру наймем телегу, не пешком же идти до самой столицы.

У меня возник резонный вопрос:

— А разве вы не можете превратиться в лошадь и домчать нас до деревни за короткое время?

В глазах мага мелькнули сомнения насчет моих умственных способностей. Но он все же ответил. Медленно, делая акцент на каждом слове. И у меня зародилось подозрение, что так он объяснял новый материал самым нерадивым студентам.

— Я не могу превратиться в лошадь. Олень — мой облик-перевертыш, и я принимаю его только ночью, в свете луны. Это первое. Даже в образе оленя я слишком стар, чтобы тащить тебя на себе, а ты слишком тяжелая, чтобы сидеть у меня на горбу. Это второе. Ну и третье: если я обращусь, за нами потянется магический шлейф. Но раз уж тебе не терпится скорее попасть в руки наследников — пожалуйста, не стану мешать.

— Э-э-э… — я немного зависла, — а если мы пешком пойдем, то они нас не найдут?

— Надеюсь, что нет.