Полночный вальс

– Теперь я понимаю, вы правы: вы не только не блистаете в светской беседе – вы о ней и представления не имеете!

– Это не единственное мое достоинство.

Белл от изумления приоткрыла рот.

– Вижу, вы не принадлежите к числу ценителей моего юмора, – заметил он.

– Трудно представить себе, что таковые вообще существуют.

Последовала пауза, после которой Джон довольно резко заявил:

– Больше не появляйтесь здесь в одиночку.

Белл торопливо сгребла в корзину свои вещи.

– Не беспокойтесь, я больше не стану вторгаться в ваши владения.

– Я не запрещаю вам приезжать сюда. Я только предложил вам в будущем приходить сюда со спутником.

Так и не подобрав достаточно колкого ответа, Белл заявила:

Джон глянул на небо.

– Советую вам поторопиться: скоро начнется дождь. Мне самому придется прошагать до дома пару миль. За это время я наверняка промокну до нитки.

– Разве вы пришли пешком?

– Иногда, миледи, бывает лучше полагаться лишь на собственные ноги. – Джон склонил голову. – Было очень приятно познакомиться.

– Для вас – вполне возможно, – пробормотала себе под нос Белл.

Она долго смотрела вслед удаляющемуся Джону. Его хромота бросалась в, глаза, но Джону удавалось шагать гораздо быстрее, чем предполагала Белл. Она не сводила глаз с нового знакомого, пока тот не скрылся вдали. Садясь верхом на свою кобылу, она поразилась вдруг промелькнувшей мысли: он хромал, но тем не менее предпочитал пешие прогулки.

Джон Блэквуд прислушался к удаляющемуся стуку копыт и вздохнул. Он вел себя как осел.

Поразмыслив, вздохнул вновь, еще громче – он был раздражен и зол на себя. «Черт побери, я никогда не умел обходиться с дамами!»

Белл придержала кобылу неподалеку от Уэстонберта, дома ее родственников. Несколько месяцев назад ее кузина Эмма, уроженка Америки, вышла замуж за герцога Эшбурнского. Молодожены предпочли шумной лондонской жизни деревенское уединение и со дня свадьбы безвыездно жили в Уэстонберте.

Белл вздохнула: ей самой так или иначе придется провести ближайшее время в Лондоне, возобновить поиски удачной партии. Это занятие давно опротивело ей. Она выезжала уже два сезона, получила более десятка предложений и отвергла их все одно за другим. Некоторые из поклонников не годились в мужья ни по каким статьям, но среди них попадались и вполне приличные люди приятной наружности, обладатели хороших фамилий. Белл просто не могла заставить себя принять предложение глубоко безразличного ей человека. Видя, как счастлива кузина, Белл все яснее понимала: ей будет трудно отказаться от своих мечтаний.

Дождь усилился, и она пришпорила лошадь, пустив ее рысью. Время близилось к трем часам. Белл знала, что к ее возвращению Эмма приготовит чай. Белл жила с Эммой и ее мужем Алексом уже три недели.