Полночный соблазн

Теперь, когда подали чай, Ричард вступил в разговор с миссис Уоррен. Тетя Люси нравилась ему, как и вечно взъерошенная Гекуба – кошка-мужененавистница, которая снова мурлыкала у него на коленях. На время ужина Сириуса отправили во двор, и порой снаружи раздавалось его обиженное поскуливание. Ричард сожалел, что дочь викария не пришла от него в восторг, как ее тетка и кошка. Он не имел ни малейшего понятия, что сделал не так, но знал, что девушка наблюдает за ним со скрытым неодобрением.

Не могла же Дженевив узнать в нем недавнего грабителя! Тогда почему она смотрела на него так, словно ожидала, что Ричард положит в карман серебряную ложку. Он был отлично замаскирован той ночью, а теперь еще и выкрасил волосы в каштановый цвет.

Ричарда удивило, как легко все приняли его за богатого мистера Эванса из Шропшира. Было непривычно общаться без оглядки на прошлое, без попыток удержать в шкафу семейные скелеты. Это оказалось так увлекательно и приятно притворяться другим человеком. Впрочем, оставалось болезненное напоминание о том, какой могла бы быть его жизнь, если бы не сомнительное происхождение.

– Дженевив, оставь свои пыльные бумаги и помоги мне распутать шерсть – все клубки перепутались, – позвала тетя Люси.

– Но папа хотел показать мне старинный фолиант, – возразила племянница. Она присоединилась к лорду Невиллу, который с интересом разглядывал потрепанный временем томик в руках викария.

– Посмотришь завтра. Наш гость скучает, иди к нам!

Ричард встретил взгляд миссис Уоррен. Он отлично понимал, к чему она ведет. И она, и Дженевив знали, что он все понимает. Но девушка не могла игнорировать просьбу тети Люси.

Ричард следил, как Дженевив подошла к сидевшей в кресле миссис Уоррен и наклонилась, чтобы поднять пару вязальных клубков. Еще утром Ричард копался в воспоминаниях и задавался вопросом: не преувеличил ли он достоинства девушки? Но встреча развеяла сомнения. Это был неограненный драгоценный камень. Сокровище, способное конкурировать с подвеской Хармзуортов. Сегодня днем Дженевив играла недотрогу, смотрела с прохладцей и намеренно его игнорировала. Теперь, при свете свечей, она казалась загадочной нимфой, готовой в любую минуту ускользнуть в лесную глушь. Было даже немного жаль, что Дженевив – женщина из хорошей семьи. Это исключало возможность короткой интрижки, ведь он был человеком чести. Хотя о какой чести могла идти речь, если он нагородил столько лжи всего за один день?

– Еще чая, мистер Эванс? – спросила Дженевив почти ледяным тоном.

– С удовольствием, мисс Барретт.

Миссис Уоррен повернулась к нему.