Полночный соблазн

Поздно было притворяться и разыгрывать недотрогу, поздно было осуждать его за ложь. Дженевив влюбилась, и произошло это гораздо раньше, чем она посмела себе признаться. Быть может, даже в тот самый момент, когда она увидела постороннего человека в черной маске, пахнущего лимонной вербеной, который вел себя дерзко и обходительно одновременно.

Дженевив была без памяти влюблена в Ричарда Хармзуорта и понятия не имела, что с этим делать.

К счастью, Уильямс предложил своему ученику проводить его до дома, и они оба оставили влюбленную пару в компании Сириуса и нескольких лошадей. Убедившись в том, что Уильямс и Джордж покинули конюшню, Ричард громко выдохнул и несколько раз чихнул, а потом истово поблагодарил Бога за то, что конюхи не заявились раньше. Риск был слишком велик, и Ричард ругал себя за несдержанность.

Дженевив опустилась на солому и принялась вынимать из волос травинки.

Ричард наклонился и поправил кружевные оборки на ее плечах. С неприбранными волосами, в одежде в полном беспорядке, с растерянным взглядом Дженевив выглядела очень ранимой и трогательной. Ее хотелось опекать и лелеять, но Ричард мучительно жаждал вновь стиснуть ее в объятиях. Она манила его, словно цветущая роза трудолюбивую пчелу, взывая к древним инстинктам, которым невозможно сопротивляться.

Ричард стряхнул наваждение и отвернулся. Нельзя было так рисковать, он просто не имел права подвергать честь Дженевив опасности. И без того он успел натворить немало бед.

– Я пойду первым и проверю, нет ли кого снаружи, – сказал он негромко, положив руку Сириусу на загривок. Пес заскулил. – Тише ты, болван! – Ричард обернулся и поймал ищущий взгляд Дженевив. – Побудь тут. Если все в порядке, я дам тебе знак.

Она кивнула. Ей отчаянно не хотелось прерывать эту встречу и прощаться, пусть даже ненадолго. Если бы не страх, что их застанут на месте преступления, Дженевив не выпустила бы Ричарда из объятий. Ей хотелось вновь и вновь покрывать поцелуями его гибкое и мускулистое тело, касаться заповедных уголков, обнимать и отдаваться ему без остатка.

Ричард и Сириус вернулись довольно быстро.

– Кажется, вокруг ни души. Можно ли незаметно обойти дом, чтобы войти с парадного входа? Лучше будет, если мы воспользуемся разными дверями.

– Можно. Если пробираться за сиренью, из окон не будет видно. Нельзя же сидеть тут дотемна.

– Я был бы не против, – заметил Ричард, галантно подавая ей руку, чтобы проводить к выходу.

– Прекрати смотреть на меня, как на десерт, – хмыкнула Дженевив, весьма довольная. Она подобрала свободной рукой подол и встряхнула его, чтобы избавиться от налипшей соломы.

– У тебя такие изящные щиколотки, – заметил Ричард.