Полночная страсть

Этот человек напоминал ей о том, что она пыталась забыть все последние десять лет, десять лет одиночества и горестных раздумий.

Он сменил позу. Его внушительная фигура выделялась черным пятном в сумраке ночи. Должно быть, сейчас губы Рейнло скривились в усмешке. У него всегда была наготове язвительная острота. Казалось, жизнь для него не более чем забава. В чем секрет обаяния этого законченного циника? Отчего так трудно противостоять его чарам?

Рейнло излучал притягательность и животную силу.

— Вы бы мне не поверили, даже если бы я стал отрицать.

— Совершенно верно.

Маркиз издал знакомый понимающий смешок. Этот звук обволакивал, поглаживая кожу, словно бархатная ткань. Боже, почему самые порочные мужчины всегда так неотразимы? Антония превосходно понимала, что представляет собой маркиз, и все же не могла устоять перед соблазном. Однако беседа с Рейнло без свидетелей давала возможность говорить более откровенно, чем в бальном зале, под любопытными взглядами толпы."

"— Я хочу, чтобы вы оставили Кассандру в покое.

Маркиз подался вперед. Плавные, грациозные движения придавали ему сходство с хищником. В скудном свете, проникавшем из гостиной, Антония различила пристальный взгляд, устремленный на нее. Рейнло не улыбался.

Компаньонку пронзила дрожь.

Слава Богу, благодаря незаметной внешности и своему ничтожному положению она никак не могла привлечь внимание маркиза. Кто бы смог устоять перед повелительным взглядом этих сверкающих глаз? Рейнло пытался лишь заставить ее изменить своему долгу. Будь у него другие намерения, Антонию ожидала бы незавидная участь.

— Какое мне дело до ваших желаний, мисс Смит?

Выставив вперед руки, словно желая защититься, Антония ответила без обиняков:

— Кассандра слишком хороша для вас.

Глаза ее привыкли к темноте, и лицо маркиза виделось отчетливее, чем ей того хотелось бы. Губы Рейнло едва заметно дрогнули.

— Надо отдать должное мисс Демарест: она воспитана лучше своей компаньонки.

— Позвольте ей найти достойного молодого человека, который составит ее счастье.

— И с которым она умрет от скуки?

— Быть достойным вовсе не означает быть скучным.

— Неужели вы сами в это верите?

Рейнло вроде бы не двигался с места, но каким-то чудом ухитрился подобраться совсем близко к Антонии. Теперь его огромная фигура нависала над ней, заслоняя звезды. В слабом свете, струящемся из окон, его густые волосы сияли золотом, будто даже лучи не могли совладать с искушением прикоснуться к нему.

Взгляд Антонии жадно скользнул по стройному телу маркиза. Ее охватило отчаяние. Ну почему, почему он так дьявольски красив? Это неправильно, дурно. Отчего его красота столь губительна? Ведь красота — случайная игра природы. Сочетание мускулов, костей и красок, выбранное наугад.