Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Полночь

Если граф Литенкетте удался в отца, он был завидной добычей, другое дело, что бедняга влюбился в королеву, а отбить у Алвы женщину не светило никому. Впрочем, Катарина была мертва, а любовь к тем, кто умер и при этом лежит смирно, сближает. До стычки с Урфридой Луиза возлагала потаенные надежды на способного «сделать женщину счастливой» Эрвина, но теперь Селину от Ноймариненов следовало держать подальше.

– Сударыня, – произнес регент приятным низким голосом, – я наслышан о вас и вашей дочери. Вы оказали большую услугу Талигу в лице ее величества. На подобное отважились бы немногие."

"– Мой герцог, мне ничего не грозило. Граф Манрик со слов моего отца решил, что я буду служить ему. – И пусть теперь рыжий обормот вякнет про шпионство! А господина графа давно простили и оставили тессорием.

– Вы откровенны. А ваша дочь тоже об этом знала? Мой сын Эрвин со слов ее величества утверждает, что первой отправиться в Багерлее вызвалась отнюдь не герцогиня Окделл.

– Только потому, что у Айрис начинался грудной приступ. – Чем меньше Сэль будет на виду, тем лучше. – Моя дочь во всем подражала подруге, они все делали вместе.

– То есть ваша дочь была осведомлена о сговоре Айрис Окделл и Робера Эпинэ с самого начала?

– Да. – Еще немного вранья лишним не будет.

– А вы?

– Я не знала, но догадалась довольно быстро. Селина призналась только после смерти Айрис.

– О Надоре и ваших видениях вы расскажете мне чуть позже. Садитесь и не обращайте внимания, что я хожу. Привычка.

– Да, мой герцог.

Куда именно садиться, регент не сказал, и Луиза выбрала один из окружавших массивный стол стульев. Наверное, здесь сидели генералы и маршалы.

– Насколько мне известно, – донеслось из-за спины, – вы направлялись к моей супруге. Когда мы закончим и вы отдохнете, вас отвезут в Ноймар.

– Благодарю вас, монсеньор, но если это возможно, я предпочла бы остаться с графиней Савиньяк.

– Вот как? – слегка удивился Ноймаринен. – Разумеется, выбор за вами, но потрудитесь объяснить причину.

Причин было аж три, но хватило бы и одной, по имени Урфрида. Отец порой может не потакать сыну, но доченьке… Особенно когда поганка топает ножками и вопит: «Хочу!» Маркграфиня положила глаз на Савиньяка, а Селина ей мешала. Пока лишь в воображении, но любящим родителям важны слезиночки кровиночки, а не то, как оно есть на самом деле. Второй причиной был сам Савиньяк, которого чем дальше, тем больше хотелось изловить. Госпожа Арамона грустно вздохнула.

– Я боюсь встречи с… новой графиней Креденьи и бывшими унарами моего покойного супруга. По крайней мере, до замужества Селины.

– Да, – герцог внезапно улыбнулся, – ваш отец потряс многих. К счастью для Талига, вы ничем не напоминаете свою матушку.