Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Полночь

 – Подойдя к талигойцам, Трогге понизил голос. – Конечно, она не для наших парней, но такое уважение мы не забудем! А пушки, их ведь можно принять и послезавтра?

– Уже нельзя, – засмеялся Бертольд. – Смотрите. Ну что б нам было не заключить пари на дюжину ваших пирогов!

По склону деловым шагом поднимался Вейзель. Победивший примерного семьянина артиллерист не мог не проверить, что новенького притащили мараги перед самым праздником, но такого не ожидал и он. Генерал безмолвно обошел надраенные реликвии, уперся взглядом в намертво притороченную цепями к катафалку мортиру и вопросил:

– Ну и зачем оно нужно, вы подумали?

Нестройный ответ в духе «всякое оружие пригодится» его не удовлетворил.

– А где я вам тут крепость возьму, которую из этой мортиры обстреливать можно?

– Ближайшая, – не преминул уточнить подкравшийся Придд, – Мариенбург.

Бертольд прыснул, но мараги сочли, что их поддержали. Они были полностью согласны с господином полковником. Мариенбург ведь надо отбивать? Надо. Вот и отобьем, только сначала, как и принято у добрых людей, приветим осень.

– Пусть у вас и свои осадные орудия есть, поновее, но и наша «графиня» лишней не будет.

– Вот увидите…

– Сюда довезли и до Мариенбурга довезем!

– А сама красотка в порядке…

– Вот оковку лафета подновили, а так все в отличнейшей сохранности…

– И бомбы к ней есть, не сомневайтесь!

Вейзель не сомневался, к тому же, будучи человеком вежливым, никого обижать не хотел.

– Откуда у вас это произведение эйнрехтских мастеров? – полюбопытствовал он, уже сдаваясь. – «Отлита мастером Штефаном Гиссером с учениками для герцога Руперта фок Фельсенбурга, да хранит его святой Торстен».

Вперед выступил худощавый порывистый мараг, похоже, старший в команде; он был готов поведать захватывающую историю, но не успел – Ульрих-Бертольд, закончив урок, пленил командующего марагским ополчением и теперь желал видеть генерала Вейзеля. То, что тут же оказался комендант лагеря, грозного старца полностью устраивало.

– Я фне зебья! – ревел барон, как нельзя лучше сочетаясь с древними пушками и особенно с препоясанной «графиней». – Командуюшчий Западной армией просил меня телать инспекцию, но он не просил фытирать зопливые нозы и непофоротлифые зады! Я не фишу ополтшение, я фишу бесголофый утятник, пфе! Фы с фашими лютьми отин большой позор есть, но я имею телать из позора фоителей! Фы хотите на тшетфертый день телать змотр? Отшень хорошо! Фы отменяете отдых и полутшаете результат!..

– Оглянись, – прошипел Бертольд, подкрепив приглашение чувствительным тычком. – Девушка не для здешних парней. С матушкой.

Чарльз пожал плечами и сделал вид, что внимает барону, благо запас громов и молний был неисчерпаем.