Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Полночь

Теперь либо мориски перебьют «бесноватых», сожгут Паону и не уймутся, пока не упрутся в нашу границу, либо позеленевшие павлины выставят морисков, войдут в раж и опять-таки упрутся в Дьегаррона. Вопрос, что для Талига хуже? Мне отчего-то кажется, что «бесноватые», но, возможно, я пристрастен."

"– Я еще не встречал ни единого беспристрастного человека. Живого. – Отцовская рука протянулась к звонку. – Поездка к Савиньяку становится излишней роскошью, я отправлю ему письмо, ваше присутствие сейчас нужнее в Кагете и Сагранне. Мои полномочия кончаются на западном берегу Рассанны, вы же остаетесь офицером для особых поручений при Алве везде, куда доберетесь. Удачно, что вы взяли в спутники кагета и эсператиста. Антуан, велите тут все убрать и исправить прибор. Я отправляюсь в сад.

Дворецкий задержал на мгновение взгляд на разоренном столе, поклонился и вышел. Появились носильщики, и Марсель отвернулся – отец предпочитал перебираться с места на место, когда на него не смотрели, мать этого так и не поняла. Сзади топало и поскрипывало, впереди вытирали стол. Граф Валмон в очередной раз оказался умнее всех, но кроме законной гордости это не давало ничего. Колодцы уже расплескали, оставалось гнать в Кагету и пытаться подтереть лужи.

«Я – мориск, а то, что внутри, зеленое»… Всыпать бы этим морискам! Заявились, расплескали, а вытирать кто будет? Зегинская армия, надо думать, движется к Паоне, Садр резвится на побережье, а Агирнэ ждет, когда Рокэ оставит Гайифу без имени, а Зегину – без войны. Только ждать придется долго…

Внизу раздались голоса; отец добрался до клумбы и выговаривал садовникам. Может гореть Оллария, может беситься Паона, но, если не прополоть астры, начнется светопреставление… Некоторые вещали о горящих дворцах и непогребенных трупах, а дело-то в цветочках.

Если астры будут не прополоты, если… Если «ни у кого из глав Великих Домов не останется наследника, а последний император покинет империю…»

– Скотина, – пробормотал Валме. – Скотина ты, а не император! Прыгнул в дыру, и пожалуйста! Дворцы горят, трупы на любой вкус, чума тоже будет, куда ж без нее…

С такой скоростью Марсель по лестницам еще не носился. Внизу отец с пристрастием изучал головки так и не познавших козы цветов, отвлекать его было кощунством, но порой оправдано и святотатство.

– Сударь, – виконт уселся прямо на гравий и зачем-то положил руку на прикрытое плащом отцовское колено, – прошу меня простить, но я понял, почему началось только теперь. Это из-за Алвы, вернее из-за того, что его не стало.

Глава 7

Талиг. Франциск-Вельде

400 год К. С. 24-й день Летних Молний

1

Праздник получался не менее многолюдным, чем в мирные времена. Так утверждал Абель Трогге, не только переживший сражение и ураган, но и получивший повышение.