30 закатов, чтобы полюбить тебя

– Почему бы тебе самому не сказать мне об этом?

Алекс поднял свой бокал с вином и допил его. Он поставил его, а затем протянул руку через стол, чтобы взять мою. Он сделал это с неописуемой нежностью. Должна признаться, никогда бы не подумала, что Алекс скажет мне нечто подобное после такого ласкового жеста.

– Я хочу заниматься с тобой сексом каждый оставшийся день, пока мне не придется сесть в самолет до Лондона с мыслью, что я, вероятно, больше никогда не вернусь на этот остров.

Бум. Бум. Бум.

Я сидела неподвижно, прокручивая его слова. Алекс был предельно ясен и лаконичен: он хотел меня. Хотел, чтобы я была в его постели, и не на одну ночь, а до тех пор, пока он не уедет. Алекс действительно хотел «заниматься со мной сексом» дни и ночи напролет. Боже, никогда в жизни не использовала подобные слова не то, что вслух, даже в мыслях. С другой стороны, от него это прозвучало очень эротично…

Мне пришлось крепко сжать бедра и постараться восстановить дыхание. У нашей связи был срок годности, нельзя забывать об этом. Я тоже допила свой бокал вина, и тогда Алекс взял бутылку и налил вино нам обоим.

Я сделала глубокий вздох, прежде чем заговорить:

– Прозвучало довольно искренне и понятно… – я продолжила, стараясь не дать нервам взять верх над моим голосом. – Ты должен знать, что я хочу того же, чего и ты.

Я увидела, как у него загорелись глаза. Он взял бокал и снова поднес его к губам."

"– Но, прежде чем согласиться, – продолжила я, – ты должен знать, что я девственница.

Он подавился вином.

14. Алекс

Я поставил бокал на стол и взял салфетку, чтобы вытереть рот. Моя рука бессознательно потянулась к волосам, и я нервно взъерошил их. Никки была девственницей. Я надеялся, что она не солгала мне касательно своего возраста, но мне и в голову не приходило, что она была девственницей в двадцать три года.

– Ты в порядке? – спросила она меня, и я снова поднял на нее взгляд.

– Черт, Никки, – выругался вслух я, почувствовав себя виноватым, правда, не совсем понимая, почему.

– Ничего страшного, – сказала она. – Никаких проблем. Я понимаю, ты хотел провести время с кем-то более опытным…

Я увидел, как она положила салфетку на стол и сделала вид, что собирается встать.

– Куда ты? – недоверчиво спросил я. – Николь, сядь, пожалуйста. Просто дай мне минутку переварить это.

Она снова села. Никки была прекрасна. У нее была своеобразная красота, экзотическая и необычная. Но не это оставляло меня без выбора, а ее глаза, взгляд, улыбка. Неужели она действительно могла вызвать у меня улыбку? Со мной такого никогда не случалось.

Я хотел ее больше всего на свете, и уже очень долгое время не чувствовал ничего подобного. Знаю, наши отношения будут ограничены по времени, поэтому нужно сразу обозначить этот момент.