30 закатов, чтобы полюбить тебя

Но как мне объяснить Алексу, что угроза моего дяди заключалась не только в этом?

– Мой дядя состоит в местной «полиции». Не знаю, как тебе объяснить, чтобы ты понял. На таких маленьких островах, как этот, обычно есть группа людей, обладающих определенной властью, скажем, они командуют. Мы зовем их банджарами.

Он внимательно посмотрел на меня и тут же нахмурился.

Я продолжила объяснять, в чем заключалась его функция.

– Они отвечают за поддержание порядка, следят за тем, чтобы туристы не устраивали беспредел, а еще они обеспечивают соблюдение законов.

Было куда больше, чем это. Мой дядя не был плохим человеком, но здесь дела обстояли иначе. Так было всегда, но было нелегко объяснить устои тому, кто не был родом отсюда.

– То, чем они занимаются – законно? – спросил он.

Меня ничуть не удивило то, как быстро Алекс попал в точку. Он казался умным человеком, хотя я еще не понимала, насколько он умен.

– Правительство не вмешивается. Система работает, и пока она работает, никто не собирается препятствовать этому.

Алексу, казалось, было что сказать, но он этого не сделал, и в глубине души я была благодарна ему за это.

– И твой дядя действительно имеет право выгнать меня с острова?

Я сделала глубокий вдох.

– Да… но я поговорю с ним. Он не может воспользоваться своим положением, чтобы выгнать тебя отсюда.

– Не знаю, Никки… Думаю, есть еще очень много всего, о чем ты мне не рассказываешь. – Алекс поднял бокал к губам.

– По правде говоря, нет… – я покачала головой.

– Если мы собираемся выступить против гребаной островной мафии, мне нужно знать больше о тебе и о том, что произошло. Не вижу логики в том, что твой дядя занял такую радикальную и неадекватную позицию по отношению ко мне.

Мне не понравилось, что он назвал банджаров мафией, но ничего не сказала. Мое внимание привлекло куда больше все остальное, что он сказал.

– Что значит, ты не видишь логики? Он лишь заботится обо мне, только и всего.

Алекс посмотрел на меня так, будто знал больше меня, и мне это не понравилось.

– Думаю, есть что-то еще… У меня такое чувство, что тебе рассказали только часть истории.

Я проигнорировала тревоги своего подсознания, как делала это всю свою жизнь.

– Ну, ты ошибаешься, – тон моего голоса стал довольно сухим.

Алекс вздохнул, взял бутылку вина и наполнил бокалы.

– Могу ли поинтересоваться, какая у тебя фамилия? – спросил он.

Это застало меня врасплох.

– Я же говорила тебе, здесь, на острове, фамилий не существует…

– Фамилия твоего отца, Николь, – прервал он меня. – Он же был англичанином, да?

Конечно, мой отец был англичанином. И, разумеется, у него была фамилия, только вот я никогда ею не пользовалась…

– Браун, – сказала я с замиранием сердца. – Моего отца звали Джейкоб Браун.